— Хреновый из тебя командир американец.
Уля по прежнему исправно выполняла функции переводчика, а насмешку в моём голосе Бутчер заметил и сам.
— Не хуже тебя русский!
Запальчиво словно мальчишка, бросил сержант.
— Серьёзно? Посмотри на моих людей. Я не потерял ни одного бойца, за всё время проведённое в этой дыре, у меня даже никто не ранен.
Сытые ряхи моих бойцов сильно контрастировали с изможденными лицами из группы Бутчера. Сержант понял, что сравнение явно выходит не в его пользу.
— А самое важное.
Продолжил я добивать солдата, стоящего с бледным от ярости лицом и сжимающего до белых пальцев копьё.
— Не я уложил в землю больше тысячи человек, бездарным командованием.
Пробормотав что-то матерно-непереводимое Бутчер сдался, прошипев сквозь зубы.
— Да пошёл ты! Ёбаный русский!
Пропустив мимо ушей оскорбление, посмотрел солдату прямо в глаза.
— Ну что американец, пойдёшь ко мне в отряд.
Похоже последние дни сильно подкосили веру Бутчера в себя, так как он неожиданно выругался и согласился, признав моё старшинство.
«Так и знал, что пиндосы слабаки».
Пришлось задержаться на несколько часов чтобы разделать и запечь несколько крыс, устроить обед и заняться перевязкой и осмотром ран. Не отвлекаясь от хозяйственных хлопот выставил на близлежащих возвышенностях наблюдателей и выслал тройки разведчиков на километр вперёд и в стороны. Бутчер мрачной тенью следовал за мной, во время обработки ран, многие из которых пришлось прижигать или делать компрессы из мочи, так как начались нагноения.
Постепенно сержант разговорился и выяснилось, что он несмотря на десять лет службы в рядах зелёных беретов, почти не имеет боевого опыта, а тот что был, по моему мнению проходил в тепличных условиях, с поддержкой авиации, артиллерии или иных родов войск.
«А ты попробуй в болоте, в джунглях, в полной „автономке“, да с таким заданием, что если попадешься, то министр обороны сделает удивлённое лицо и скажет, что такие у нас не значатся».
— Чему вас только учат.
Проворчал я по русски.
Вопросы сержанта где служу я сам и прочие о личной жизни, проигнорировал.
Приведя подразделение, в человеческий вид возобновил марш-бросок, но на этот раз скорость была никакая, а я постоянно крутил головой, высматривая боеспособные группы, если такие попадались после недолгой вербовки принимал их в свои ряды. Причём тем, кто мне казался балластом, просто отказывал, не обращая внимания на слезы и мольбы. Все уже понимали, что только большие отряды имеют шансы выжить, мне же в отряде захребетники были не нужны.
К вечеру удалось собрать тридцать семь человек, конечно нужно было время на боевое слаживание, что бы превратить это сборище, хотя бы в подобие боевого подразделения, но я был скромен в своих желаниях и сильно на людей не давил.
Уже на закате мои разведчики, которых я рассылал во всё стороны, нашли очередную группу, что укрывалась в небольшом овраге. К моему удивлению лидером отряда оказался Мальборк. Правда от того холенного, высокомерного британца, ничего не осталось сейчас он выглядел уставшим оборванцем в окровавленных лохмотьях. В прочем как и два десятка его людей. Похоже не так давно их серьёзно потрепали, так как все имели раны разной степени тяжести, причём парочка была уже при смерти. Как я и думал переговоры с англичанином были быстрыми, он без споров пошёл под моё командование, легко бросил умирать в овраге, нескольких тяжелораненых, в общем повёл себя как истинный джентльмен за пределами Англии.
Остаток светового дня потратил на поиск подходящего места для ночёвки и нашёл его. Подходящим местом оказался длинный язык земли, рассекающий глубокий овраг пополам. Благодаря крутым склонам попасть на своеобразный подиум можно было, только с двух сторон, что делало его удобным для обороны. Едва найдя место для лагеря, стал гонять своих подчинённых, часть отправилась за дровами, а другие принялись нарезать и затачивать колья, третьи занялись их установкой. Костров тоже было разведено несколько, один в середине, где и располагался основной лагерь и два по краям. Чтобы быть в максимальной боевой готовности, весь отряд был разделён на три части и пока один взвод дежурил, два других отдыхали. Но всё принятые меры предосторожности оказались не нужны ночь прошла спокойно. Хотя часовые замечали вдалеке, шныряющих крыс.