– О чём нам сейчас говорить?! О чём? – по-прежнему говорила она в повышенном тоне.
– Да я не знаю, – развёл он руками от безысходности. Вадим её не понимал, ведь девушка сама попросила не говорить о вчерашнем, а теперь будто требовала объяснений, но не хотела его слушать. – Просто о нас, просто о жизни вокруг, просто о буднях.
– Тебе не исправиться, – помотала она головой, – тебе не стать хорошим после убийства. Ты сын своего отца, притворяешься точно так же.
Услышав это, он моментально понурился, опершись о тумбу. У обоих сразу же заслезились глаза. Она будто его ударила. Дина прекрасно знала о том, что самый большой его страх стать похожим на своего отца. По лицу её стало понятно, что она не хотела так говорить, но слова всё равно причинили боль. Девушка неожиданно приблизилась к нему, произнеся:
– Вадим…
Его прежние эмоции на лице разбавились будто надеждой, и он с каким-то волнением забегал глазами, всматриваясь в её. Что-то заставило девушку вдруг притянуться к нему и заключить в объятия. Его руки обхватили её в ответ. Он не знал, что будет дальше, насколько она его покинет, но сейчас, сливаясь с её телом, чувствуя её тепло, ощущал их двоих как единое целое. Вадим понимал, что ей страшно, но даже если бы можно было повернуть время вспять, он не изменил бы своего решения. Он смог смириться с тем злом, которое причинили те распространители, и сам не заметил, как примкнул к нему. Вадим поставил себя в один ряд с теми убийцами детского счастья, хоть и осознавал, что это было случайностью. Стало очень трудно, парень не знал, что делать дальше. Он чувствовал себя так, словно попал в яму, из которой не мог выбраться. Ещё больнее было осознавать, что малейшее неверное движение, и он затянет Дину вместе с собой, чего ему так не хотелось. Все эти годы он пытался стать лучше своего отца, но понял, что почти все его действия по улучшению мира всё равно на ком-то негативно да отражались. Его никогда это не гложило, потому что он знал, что не может быть света без тьмы. Но когда эта тьма пробралась в него слишком глубоко, Вадим перестал замечать ту, что сам порождал, занимаясь производством запрещённых веществ. Эти мысли вдруг его освежили. Осознав вдруг, что он не хочет, чтобы крепкие объятия с любимой девушкой заканчивались, парень понял, что готов рискнуть всем, чтобы протоптать дорогу в светлое будущее, в котором, как он очень надеялся, захочет быть и Дина. В этот момент она слегка отстранилась и спокойно сказала:
– Давай просто помолчим вместе, сейчас этого будет достаточно.
На лице его появилась лёгкая улыбка, и Вадим кивнул.
Дина доделала кекс, который они ели за чаем, вкусно заваренным им. Взгляды обоих были уставшими, но горящими одновременно. Они хотели быть вместе, но понимали всю сложность. О её мыслях он мог только догадываться, а свои пытался разложить по полочкам.
Перед уходом Дина завела странный разговор, ссылаясь на своё любимое произведение, как и всегда, когда наступал сложный момент.
– Вадим, мне страшно, и я не хочу стать Сонечкой и до конца жизни помогать тебе очищать душу от греха.
– Дина, я не Раскольников, – нахмурился он. – И ты уж тем более не Соня, ты это ты, и, если в итоге захочешь расстаться со мной навсегда, я всё пойму и не буду тебе мешать.
Вадим не стал говорить о том, как ему будет больно, если она и правда на это решится, потому что понимал, как им обоим сложно. Дина ушла, как и было обговорено, забрав с собой тепло дома. В этот же момент спустился Филипп и, застав босса в поникшем состоянии, догадался о положении дел.
– Это всё?
– Она не уйдёт, – сказал Вадим, и внешне был уверен в этом, но внутри его поглощал страх, что Дина и правда решит покинуть его. – Кольцо давно при мне. Я сделаю ей предложение сразу же после своих объяснений, когда она вернётся домой.
– А если ничего не получится?
– Значит, это будет самая большая потеря в моей жизни, которая могла сделать меня лучше, ради неё ведь я готов был стать лучше.
После этого потянулись монотонные часы. Вечером того же дня Вадим не выдержал, и после работы свалился в слезах прямо у порога. Он не любил проявлять эмоции, но они одерживали победу в самые трудные моменты. Стоило ему вспомнить вчерашнюю картину, когда раздался выстрел, человек перед ним моментально повалился на землю, а кровь его брызнула во все стороны, Вадима сразу же затрясло. Уже было поздно, и дома никого не оказалось, кроме сухой пустоты. Дышать стало трудно, ведь слёзы не прекращались. Снова воспоминание, и теперь его уже тошнило. Он не хотел думать о случившемся, но понимал, что рано или поздно ЭТО его настигнет. Парень не выдерживал, и ему пришлось на четвереньках ползти до ванной комнаты, чтобы успеть до момента, пока желудок не вывернется наизнанку. Ему уже было одиноко рядом с Диной в начале отношений, в моменты, когда он её не понимал, но сейчас, когда она ушла, и неизвестно, вернётся ли снова, Вадим чувствовал себя намного хуже. Он всем сердцем хотел сейчас, чтобы девушка оказалась рядом и обняла его, ведь Дина умела делать это так, что сразу становилось спокойно. Но её не было, и, возможно, не будет никогда.