Корги лениво поднял голову, смерил принца насмешливым взглядом и громко чихнул.
— Ничего не знаю. Я твой хозяин и ты обязан любить меня до конца своих дней, Халдир. Ты же собака, а собака — лучший друг человека. Будем жить с тобой вместе. Одни. И никто нам с тобой не нужен. Только ты и я. Пока смерть не разлучит нас.
Пёс хмыкнул, стянул с себя веник и растрепал его на мелкие ошмётки. Демонстративно поднявшись с утоптанной лежанки, псина лениво почесала задней лапой за ухом и потрусила в направлении родового имения Хепбурн-Стюарт-Форбс-Трефузисов, куда принц сбежал зализывать раны после неудавшегося соблазнения знойного брюнета.
— Предатель! Ну и вали ко всем чертям! Хрен ты у меня больше печеньку получишь, изменник!
— Уже с псом воюешь, эльфёнок? Я же говорил тебе не связываться с заведомо более сильным соперником, — хриплый низкий голос заставил юношу внутренне содрогнуться. А между тем Дамиан, ибо этот голос мог принадлежать только ему, спешился и как ни в чём ни бывало улёгся на покрывало рядом с Леголасом.
— Убирайся! Проваливай! Пошёл вон! — придя в себя, накинулся на него с кулаками принц, но был тут же повержен. Дамиан просто сжал запястья брыкающегося юноши одной рукой и навис над ним, как пантера над добычей. Леголас ощетинился и попытался цапнуть его за нос, чем расмешил мужчину ещё больше. — Ненавижу тебя!
— А всего пару дней назад уверял, что любишь. Так кто из нас лжец, эльфёнок? — ухмыльнулся Дамиан, нежно погладил трепыхающуюся добычу по щеке и жестоко впился пальцами в подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. — Ты совсем отбился от рук, Элвир. Пьянки, гулянки, сигареты, вино и наркотики, беспорядочные связи… Так ты распорядился своей свободой? Ты должен был завести друзей, найти своё место в этом мире, а что сделал ты? Нашёл тысячу и один способ, как свернуть себе шею со стопроцентной вероятностью, упивался своей несчастной любовью, завёл ленивую псину и назвал её моим именем, заперся в четырёх стенах и обложился пыльными книгами?! Это по-твоему быть взрослым?! Ты как ребёнок, ей Богу! Капризный, избалованный, взбалмошный ребёнок!
— Ты бросил меня! — выкрикнул в лицо рассерженному мужчине Леголас и обиженно всхлипнул. — Предатель! Лжец! Трус!
— Я всегда был рядом с тобой, эльфёнок, — спокойно ответил мужчина и чуть ослабил хватку на запястьях юноши. — Что, по-твоему, я должен был сделать — изнасиловать ребёнка? Тебе ведь было всего восемнадцать лет. К тому же… Ты рождён, чтобы бегать на воле, а не сидеть в клетке. И я подарил тебе то, чего ты никогда не знал прежде, — свободу. От меня, от него, от твоего отца. Я оставался в стороне, наблюдая, как ты учишься жить самостоятельно, как делаешь ошибки, как преодолеваешь трудности, как учишься сходиться с людьми, как принимаешь решения и несёшь за них ответственность, как ходишь на свидания и общаешься со своими сверстниками…
— Но почему?!.. — задыхаясь от возмущения, выкрикнул принц.
— Потому что ты очень рано стал взрослым, даже не узнав толком, каково это быть подростком. Ты должен был заново научиться жить. Один. Без меня и без него. Ведь никто из нас не знает, сколько ему отпущено. Ни я, ни твой лорд не можем быть с тобой вечно. Это мир смертных. Предположим на секунду, что твой лорд погибнет в авиакатастрофе, а меня подстрелит какой-нибудь обкуренный нарк. Что станет с тобой тогда? Впрочем, это несложно себе представить…
— Я… Я просто… — пролепетал смущённый юноша и потупил глазки.
— Ты просто испытывал моё терпение, мелкий засранец, — прошипел мужчина и сжал руку на горле юнца, очертив пальцами след от побледневшего засоса.
— Пожалуйста, не трогай Лео… Это я его попросил…
— С твоим придурком Лео пусть его законный муж разбирается! А что касается тебя… Я сверну эту цыплячью шейку собственными руками, если ты ещё раз выкинешь нечто подобное! Ты мой! ТОЛЬКО МОЙ! — прорычал мужчина и впился зубами поверх старой метки, оставляя на нежной коже багровое клеймо. — Ты принадлежишь мне!
Леголас коварно улыбнулся и выставил на обозрение указательный палец.
— Но я не вижу кольца на этом пальце! — заявило белобрысое чудо и надменно вздёрнуло подбородок. — А стало быть я свободен!
В бирюзовых глазах зажглись демонические огоньки, стальные руки пригвоздили запястья принца к земле, а колено мужчины требовательно и довольно грубо раздвинуло бёдра юноши в стороны.
— Видит Эру, я не хотел этого делать, но ты не оставляешь мне выбора. Придётся подтвердить моё первоочерёдное право на это девственное тело, — опасно промурлыкал Дамиан и впился в шею Леголаса, оставляя на ней очередной вопиюще развратный засос.
Юноша выгнулся под ним дугой. Его тело не ведало подобных ласк, тогда как память… Память без конца подкидывала ему пару сотен тысяч воспоминаний о том, как страстно и неистово другой мужчина брал его тело. И Леголас, затерявшись в воспоминаниях, простонал:
— Мой лорд, прошу вас…
Руки, всего лишь секунду назад изучавшие его тело, заметно напряглись и замерли на полпути к своей цели.
— Даже сейчас ты принадлежишь ему, — хрипло прорычал Дамиан и резко отстранился. — Даже сейчас…
— Халдир, — умоляюще прошептал принц и уцепился в ладонь мужчины, покрыв ее тысячей поцелуев. — Я всегда буду его, а он — моим. Я никогда не перестану любить его, но и тебя я люблю не меньше.
— Ответь, roch-neth, чья ты собственность?! — мужчина в ярости вскочил на ноги, сжал руки в кулаки и повернулся к любовнику спиной. — Кого ты представляешь, когда целуешь меня? О прикосновении чьих рук ты мечтаешь, когда я прикасаюсь к тебе?! О ком ты думаешь в этот самый момент?! Обо мне или о нём?! Отвечай!
— О вас обоих, — обнял мужчину со спины Леголас и уткнулся носом в его рубашку, вдыхая почти позабытый за бесконечно долгие тысячелетия запах: первые луговые цветы, терпкая древесная кора, сводящий с ума мускус и ароматный чёрный кофе…
— Маленький лжец! Ты как собака на сене! — Дамиан повернулся лицом к юноше и схватил его за подбородок, ища в его глазах ответ. Желая знать и внутренне содрогаясь от страха. — Кого из нас ты любишь?! С кем из нас двоих ты в действительности хочешь быть?
— Я люблю вас обоих, — коснулся губами его ладони Леголас. — В равной степени. Я знаю, как это выглядит со стороны. Но… Ты же сам говорил, что любовь неповторима. С тобой я один, а с ним другой. Он — моя душа, но ты — моё сердце. И в тот день, когда ты… Когда тебя… — по бледной щеке скатилась серебряная слезинка. — Часть меня умерла в тот день, Халдир.
— Дамиан, эльфёнок. Теперь меня зовут Дамиан, — тяжело вздохнул мужчина и стёр большим пальцем слезинку со щеки юноши. — Ты никогда не посмотришь на меня так же, как смотришь на него, так ведь?
— Я никогда не посмотрю на него так же, как смотрю на тебя, Дамиан, — тихо прошептал Леголас и умоляюще посмотрел в бирюзовые глаза.
— Я не хочу, чтобы ты смотрел на кого-то, кроме меня, эльфёнок, — печально вздохнул мужчина и отвернулся, глухо прошептав в тишину:
— Не проси меня делить тебя с ним. Я не смогу. Как показывает практика, я ещё больший собственник, чем твой лорд.
— Думаю, в этом вы не уступаете друг другу, — сквозь слёзы улыбнулся принц. — Он приходил ко мне в больницу и украл мой первый поцелуй… и второй… и третий.
— Вот ведь похотливый, мстительный, ревнивый сукин сын!!! — сплюнул Дамиан и мрачно усмехнулся, представляя, как его кулак сломает нос на лице миллиардера. — Уёбищный ублюдок! Никогда своего не упустит!
— Может быть… — робко пролепетал принц и осмелился прикоснуться кончиками тонких пальцев к груди взбешённого и очень ревнивого самца. — … вы предпочтёте отомстить ему иным способом? Например, возьмёте то, что принадлежит вам по праву, мой Мастер.
Дамиан улыбнулся и крепко сжал в объятиях льнувшего к нему, как мартовская кошка, блондина.
— Как бы соблазнительно не звучало твоё предложение, но нет. Ты будешь принадлежать мне, но не так и не здесь. И только тогда, когда сам будешь готов.