— Ай! Черт бы его побрал! Изверг проклятый!
— Габриэль? — уточнил Константин, сурово сведя брови.
— Если бы… — прошипел Элвир и, сжав зубы, принял горизонтальное положение, немного повернувшись на левый бок. — Дамиан! Тиран! По его мнению, я лучше усваиваю информацию через попу, ибо у меня в одно ухо влетает, а в другое вылетает.
— Он тебя бьёт?! — помрачнел, как грозовая туча, мужчина и раздражённо поставил бокал на столик у кресла.
— Да лучше б порол! — взвыл Элвир, помассировав пятую точку. — Он наказывает меня любовью. Я скоро задохнусь от этой любви!!!
Константин удивлённо вздёрнул бровь. Леголас тяжело вздохнул и объяснил:
— Дамиан застал меня с сигареткой с утра пораньше и заявил, что найдёт моему ротику гораздо лучшее применение, нежели сигарета, которая вызывает рак лёгких. Потом эти двое садистов долго глумились на тему значения сигареты в руках красивого юноши. Мол, считается, что запястья являются эротичной зоной, которая возбуждает мужчин, а сами манипуляции с сигаретой имеют сексуальный подтекст, который легко считывается (на бессознательном уровне). В общем, они принудили меня к… ну это… ртом… — синие глаза смущённо забегали, а на бледных щеках вспыхнул румянец.
Но мужчина молчал, и Энвил продолжил своё душещипательное повествование:
— Сначала я удовлетворял одного самца, а другой меня шлёпал, а потом второго, а другой меня опять-таки шлёпал… Но и этого им показалось мало — Дамиан вставил мне в зад ЭТУ ГАДОСТЬ!!!
— Ммм, что за гадость? — кусая губы от смеха, поинтересовался Константин.
— Анальную пробку!!! Я теперь обязан шляться с ней по всему Лондону, дабы «помнить, что непослушание отныне будет караться со всей строгостью. Покорность, послушание и скромность — вот три главные заповеди примерного младшего мужа!» — передразнил принц Дамиана. — А то, что в современном мире нет разделения на старших и младших мужей его ни капельки не волнует! И кто меня вообще спрашивал, хочу ли замуж?! Я не давал своего согласия на этот чёртов брак!!!
— Тем не менее, ты замужем… Знаешь, Элвир, курение вообще-то убивает. Так написано на каждой пачке сигарет. Мне тоже не нравится эта твоя мерзкая привычка. Дамиан избрал весьма радикальный способ, чтобы отучить тебя от неё, полагаю антиникотиновый пластырь был бы менее кардинальным решением, но не могу не отметить действенность этого способа, — усмехнулся мужчина, сделав глоток из бокала. Вино в этом мире было отменным, если найти своего поставщика. Или дюжину поставщиков со всех концов света. — Ты ведь теперь сто раз подумаешь прежде, чем затянуться снова или поэкспериментировать с чем-то покрепче?
— Габриэль наклеил мне чёртов пластырь. После. На всё ту же многострадальную задницу, чтобы я его отлепить не смог! — пробубнил красный, как вареный рак, принц.
В этот раз Константин не выдержал и чуть не расплескал своё драгоценное Шато-Мутон Ротшильд, 1982 года.
— Ну что вы смеётесь?! Вы хоть знаете, что они экспроприировали мой байк и усадили меня за баранку тихоходного корыта под названием Mercedes Smart?! А если моя пятая точка ещё хоть раз сядет на байк, то они отнимут у меня права и заставят ездить с водителем, как какого-то богатенького пижона! Это чистый воды произвол! А как же права человека?!
— Мотоциклисты попадают в смертельные ДТП в 29 раз чаще, чем автомобилисты, вычислили эксперты. Шансы погибнуть за рулем байка оцениваются как 1 к 860, — выдал статистику смертности мотоциклистов в ДТП Константин, не моргнув глазом.
— Вы с ними заодно, что ли?! — возмутился принц. — А как вам то, что они меня в деревню сплавить хотят! В долбанный Суррей! Мол, воздух в городе слишком грязный, а то, что мне до работы добираться два часа на этой пердульке их не колышет! Ах, да! Работать мне тоже следует поменьше. Они уже сократили мою нагрузку до двадцати часов в неделю, пригласив моего руководителя на дружеский ланч. А ещё они никак не могут договориться, где нам всем троим жить и это единственное место из нашей общей недвижимости, отвечающее предвзятым запросам Габриэля и раздутым соображениям безопасности Дамиана. А мою уютную квартирку в Лондоне они продают, потому как «ни к чему она замужнему юноше двадцати пяти лет от роду и склонностью к разгульному образу жизни», — процитировал Дамиана Элвир и взвыл от бессилия.
— Я полностью одобряю их решение и уже подыскал покупателя на твою холостяцкую берлогу. Экология Лондона оставляет желать лучшего. Переезд из столицы в деревню пойдёт тебе на пользу. Ты очень бледный и худой, — здравомысляще постановил Константин, отметая в сторону любую возможность препирательств на эту тему.
— Но… но как же… Это же практически домашнее насилие! — мужчина лишь насмешливо вздёрнул бровь на это заявление принца. Тот зашёлся красными пятнами и пробухтел:
— Дамиан третирует моего пса!
Белобрысое чудо надулось, как индюк, исчерпав претензии к обоим мужьям и не найдя соратника в лице психотерапевта, как он самонадеянно надеялся.
— Бедняжка даже похудел от стресса! Он… необучаемый и свободолюбивый пёсик! А Дамиан записал его в школу дрессировки! Бедняжка Халдир всегда такой печальный оттуда возвращается, как будто над ним там издеваются!
— Прекрасно. Хоть кто-то научит это мерзкое животное парочке команд и отучит его клянчить еду со стола. Ну, а что же твой второй муж — Габриэль? — с улыбкой поинтересовался Константин.
— О, слава Богам, Габриэль частенько уезжает в командировки. Но, когда он возвращается, они грызутся как кошка с собакой. В последний раз они даже схватились за мечи. Правда, дуэль закончилась вничью, и с горя они напились в местном пабе до поросячьего визга. Они такие смешные, когда пьяные.
— Два ревнивых самца всё не могут договориться о том, как тебя следует воспитывать? — насмешливо фыркнул Трандуил.
— Ошибаетесь! — воскликнул Леголас и шмыгнул носом. — В отношении меня они всегда единодушны. Наказать, нельзя помиловать! Два сапога пара!!! Габриэль играет в доброго полицейского, а Дамиан — в злого. Правда, в постели…
— Что в постели?.. — полюбопытствовал мужчина и расплылся во всезнающей ухмылочке.
— В постели… — проблеял Элвир и смущённо потупил глазки. — В постели они меняются местами. Габриэль такой строгий и властный, а Дамиан, напротив, сама нежность и чуткость. И это так… Так идеально.
— И чего же ты тогда жалуешься? — подразнил его Константин и поставил на столик пустой бокал, сообщая о том, что их сеанс подошёл к концу.
— Я… Ну просто попа очень болит, — вздохнул Элвир и потёр многострадальное место, осторожно поднимаясь с кушетки.
— Полагаю, этого следовало ожидать, учитывая, что теперь у тебя двое мужчин в самом расцвете сил. В данном случае пробка скорее неизбежность, чем наказание… Они ещё не пробовали провернуть с тобой двойное проникновение?
— Ч-что, простите?! Это как?! Неужели… Сразу два… туда?! Они ведь… прекрасно сложены, сэр. Везде… Это… невозможно. Нет, это совершенно неприемлемо!!! Я с одним-то еле-еле… — ужаснулся Элвир и сжался в комочек.
— Не трясись, как листочек, чай не девственник. Мужья тебе потом просветят, что приемлемо, а что нет. А пока… Вот тебе рецептик чудодейственной мази. Она снимет боль в пятой точке, а теперь марш на выход. У меня следующий посетитель в приёмной. А этот пренеприятный тип не любит ждать, — выпроводил юношу за дверь мужчина и поправил манжеты сшитой на заказ рубашки. Но уже в дверях Константин окликнул его и спросил:
— Ты счастлив, лисёнок?
Элвир улыбнулся и, пропуская внутрь следующего посетителя, смерившего его насмешливым холодным взглядом, прошептал:
— До неприличия, Ada.
Статный седовласый мужчина с холодными глазами цвета бирюзы и в дорогом сшитом на заказ костюме вошёл в кабинет теневого кардинала Великобритании.
— Ты заставил меня ждать, — недовольно заметил незнакомец.
— Я был очень занят, Том. Вправлял мозги младшему сыну, — сухо улыбнулся ему Трандуил, жестом пригласив вошедшего сесть. — Вина?