С чего я вообще вспомнил о письмах, посылках и почте в целом? Просто в данный момент, мне представилась отличная возможность, на личном опыте почувствовать все неудобства, которые испытывают курьеры, вынужденные доставлять срочные послания. Двухколесные колесницы, запряженные тройкой кабанов, бегущих "клином", не были оборудованы сидениями, и нам с Борисом, приходилось держать равновесие стоя на ногах, и удерживаясь от падения стискивая руками поручни.
Внешне, наш транспорт напоминал мне какой-то балкон, к которому кто-то приделал два колеса, а так же закрепил конструкцию, в которую впрягались кабаны. Если бы не приказ сотника, и реальная необходимость торопиться, то я бы предпочел путешествовать бегом на своих двоих, или с удобствами в карете, (второй вариант даже предпочтительнее).
Однако, пожалуй стоит объяснить, что вообще происходит, и почему двое оперативников "темной стражи", не сопровождают своих товарищей на пути к "Одинокому утесу". А началось все с допроса, который устроил мне мой прямой командир, непостижимым образом умудряющийся понимать, когда мной говорится правда, а когда ложь. Даже попытки умолчать какие-то факты, оказывались распознанными, и тогда лезвие у горла, угрожающе надавливало на кожу.
Ни раз и не два, мне в голову приходила мысль, попытаться бежать или напасть на Бориса, но всякий раз доводы разума, останавливали от необдуманных действий. Попытайся я сбежать, и даже если бы это получилось, мне попросту некуда было идти... не к "дьяволам" же. Нападение на выше стоящего офицера, тоже оставляло мало вариантов, так как меня скорее всего приняли бы за шпиона, предателя или психа, да и вряд ли так просто удалось бы победить опытного "псионика", еще и владеющего некоторым позиционным преимуществом.
Пришлось поведать историю о ребенке, который с раннего детства помнил свою прошлую жизнь, окончившуюся во время захвата давно разрушенного города. Не удалось утаить сведения и о "Плакальщике", а так же о договоре, благодаря которому моя личность и не была стерта. Когда рассказ закончился, сотник "цветасто", но совершенно безэмоционально выругался, а затем, дабы убедиться в правдивости моих слов, устроил эксперимент.
Доброволец, которого отловил и назначил на почетную должность Борис, Послушно выпил мою кровь, а затем зайдя на середину начерченного на земле символа, произвел ритуальное жертвоприношение кролика, раздобытого на кухне. Старший оперативник "темной стражи", внимательно следил за всем процессом, а затем провел подробный допрос подопытного, поведавшегого о том, что видел странное место, находящееся как будто в пустоте, пол которого состоял из золота, а на белом троне сидело существо в красном плаще, под капюшоном которого клубился кровавый туман.
После этого, эксперимент повторился еще дважды, и новые добровольцы описывали все тоже самое, заявляя что чувствуют себя отдохнувшими и полными сил. Получив приказ, "молчать о произошедшем под страхом смерти", парни были отправлены отдыхать в барак, а я и Борис, направились к командующему фортом. Так как ритуалы проводились ночью, да еще за зданием штаба, свидетелей нашей деятельности, кроме троицы подопытных, не было.
- почему мы их отпустили? - Задал тогда вопрос я, следуя за своим командиром, по коридорам главного здания форта.
- им все равно никто не поверит... да и не хочу я ребят убивать, особенно на кануне войны. - Отозвался сотник.
В кабинет командующего меня не пригласили, заставив дожидаться своей судьбы в коридоре, под ненавязчивым присмотром двух выпускников "школы меча", которые были старше чем я, лет на восемь-двенадцать. Не знаю, о чем уж там говорили офицеры, но спустя каких-то пятнадцать минут, сотник вышел в коридор, и заявил что нас отправляют в столицу с важным донесением. Услышавшие это мои старшие "братья", пообещали, что уже завтра среди солдат будут распространены необходимые слухи.
После этого, не теряя времени, мы и отправились к местному почтовому отделению, где получили колесницу с кабанами, и запас продуктов на один день. Почему было не уехать тихо, ни кого не оповещая? Возможно моего отсутствия никто и не заметил бы, кроме десятка подчиненных солдат, и толпы ополченцев, о которых теперь должен позаботиться кто-то другой, а вот Борис, являлся сотником, да еще и первым заместителем командующего. Пропади он бесследно, и люди начали бы нервничать и строить разные предположения, вплоть до дезертирства, что явно не подняло бы боевой дух бойцов... теперь же, все заинтересованные, смогут ознакомиться с официальной версией, которую если будет нужно, подтвердят все старшие офицеры.