Когда я, наконец, перестала раскачиваться и стонать, он поднял голову, и я застыла, увидев его темно-серебристый взгляд, обращенный ко мне. В его взгляде не осталось ни капли зеленого.
— Ашер? — спросила я, слегка задыхаясь. — Ты в порядке?
Он кивнул, и его голос превратился в глубокий мурлыкающий рокот.
— Ты — самая горячая штучка, которую я когда-либо видел.
Несмотря на мой недавний оргазм, мое тело уже требовало большего, и я потянулась к нему, когда он встал и осторожно поставил меня на ноги.
— А что насчет тебя? — спросила я, скользя взглядом по его твердому, как скала, телу. Плавательные шорты никак не могли скрыть его эрекцию, которая была длинной, твердой и совершенно неудовлетворенной.
Он покачал головой.
— Ты сказала, никакого секса до третьего свидания. Я — Атлант, и держу слово.
Я просто уставилась на него, качая головой.
— Я передумала. В любом случае, это глупое человеческое правило.
Ашер рассмеялся.
— Предвкушение — половина удовольствия, Мэдди. Давай пойдем и посмотрим какие-нибудь фильмы, пока ждем возвращения ребят. Если мы останемся здесь, я определенно не смогу оторваться от тебя.
У меня подкашивались ноги, когда я вышла вслед за ним из бассейна, последствия оргазма все еще ощущались в теле. Ашер протянул руку и схватил меня за руку, когда я споткнулась, удерживая на ногах.
— Что, если один из них приведет сюда кого-нибудь? — сказала я, когда мы подошли к столу. — Я сегодня не в настроении разбираться с девчачьими драмами. Может, мне лучше пойти домой.
Ашер покачал головой.
— Нет, мы никого сюда не приводим. Особенно цыпочек. Это наше правило. Для этого у нас есть квартира на верхнем этаже в крыле для пользователей магии.
Я резко остановилась, застав его врасплох.
— Я — цыпочка.
Горячий взгляд Ашера скользнул по моей обнаженной груди. Мой лифчик затерялся где-то в бассейне, и я не стала утруждать себя поисками.
— Я заметил.
— Я имею в виду… Я здесь, так что… ваше правило?
— Ты — дру…
— Если ты скажешь «другая», — перебила я, — я тебя ударю. Не отделяй меня от других женщин. Они мои люди.
Его смех начинал становиться моим любимым звуком; он был таким глубоким и хрипловатым, что у меня по спине побежали мурашки.
— Я имел в виду другое, потому что мы все уверены, что ты — Атлант. Нам просто нужно понять, как. Ты — одна из нас.
У меня задрожали губы, и я понадеялась, что он подумал, что мои глаза слезятся из-за бассейна, а не из-за этих слов.
— Ладно, — удалось мне произнести. — Пойдем посмотрим фильм.
Когда мы вернулись в дом, он указал на ближайшую дверь.
— Ванная там. Полотенца и все остальное будет внутри. Я принесу тебе какую-нибудь одежду.
Я не потрудилась закрыть дверь. Душевая кабина здесь была в четыре раза больше той, которой я пользовалась в общежитии магов. Там было множество регуляторов и переключателей, и в конце концов я поняла, как заставить работать насадку для душа. Меня окатило теплой водой, насадки на стене массировали мышцы, пока я пользовалась гелем для душа, чтобы привести себя в порядок. Когда я вышла, на раковине меня ждали полотенце и небольшая стопка одежды.
В зеркале была видна вся косметика, покрывавшая мое лицо. Я использовала полотенце для рук, чтобы соскрести большую часть теней. Ашер оставил мне рубашку с длинными рукавами, которая пахла им; она была свободной и доходила до середины бедра. Еще там были боксерские трусы, которые я надела под нее.
Бесшумно пройдя в гостиную, я опустилась на диван и стала ждать, пока Ашер тоже закончит принимать душ. В животе у меня заурчало; я ничего не ела с утра, слишком расстроенная мыслью о том, что пропущу танцы.
— Я заказал кое-что поесть, — сказал он, появляясь в своей обычной незаметной манере.
Я прищурилась.
— Два вопроса. Первый: ты только что слышал, как у меня урчит в животе? И второй: мы можем заказывать еду в комнату?
Ашер опустился рядом со мной, одетый в спортивные штаны, но без рубашки.
— Тебе понадобится рубашка, — сказала я, прежде чем он успел ответить на мои вопросы. — Серьезно. Если ты хочешь сохранить свою честь в неприкосновенности, тогда надень рубашку.
Он улыбнулся, и мой взгляд был прикован к пятичасовой щетине.
— И больше никаких ямочек на щеках.
Его улыбка стала шире, и я со стоном откинула голову на спинку дивана.