— Родители Кэлена живут во Франции, — продолжил Аксель. — У них там небольшая пекарня, и могу сказать, что, насколько мне известно, никто не готовит десерт вкуснее, чем его мама, и не выпекает более пышный хлеб, чем его папа. Однажды я попытался рассчитать их рецепты с точностью до грамма, но они не используют строгих мер. Это не поддается расчету.
Кэлен вздохнул и наклонился вперед, подперев подбородок руками.
— Я скучаю по ним. В основном по их еде, но также и по тому, что я просто вижу их лично. Мне нужно как можно скорее вернуться и навестить их.
— Они приедут на Родительский день? — спросил Ашер.
Кэлен сел прямее.
— Да. Черт. Я совсем забыл об этом. В школе начинаются экскурсии на нескольких основных паромных переправах, и уверен, что родители отправятся на пароме из Парижа.
— Родительский день?
— 10 мая, — сказал Кален, — они открывают школу для посещения родителями. Как правило, те остаются до конца ужина, а затем возвращаются домой.
Я выдавила улыбку. Родители. Кто бы мог подумать?
— Я — сын двух родителей-ученых, — быстро сказал Аксель. — Они совершенно не интересуются мной или чем-либо, что связано с моей жизнью, но я это понимаю. Их мысли сосредоточены на более широкой картине. Я даже не знаю, где они сейчас, мы на самом деле не поддерживаем связь. Но если бы они мне когда-нибудь понадобились, они были бы здесь.
Конечно, если бы он смог их разыскать, поскольку они, по-видимому, просто свалили и даже не потрудились сообщить ему. Я поняла, что Аксель был практичным человеком и понимал их мотивы на ментальном уровне, но эмоционально это должно было ранить.
От моего внимания не ускользнуло, что он оставил Рона напоследок, все еще колеблясь, прежде чем начать рассказ о вампире.
— Я же сказал, что все в порядке, — проворчал Рон, махнув рукой. — Вы все приняли ее как одну из нас, и я не стану возражать, пока не буду уверен, что она здесь, чтобы причинить нам вред. Пока я воздержусь от суждений.
Аксель посмотрел на друга и медленно кивнул.
— У Рона такая же предыстория, как и у тебя, — тихо сказал он. — Его сыновили, когда он был маленьким. Его семья была… не очень хорошей. Они были частью злого клана, которому нравилось охотиться на людей, питаясь и убивая по своему желанию. Рон отказался, даже когда был молод и уязвим, и они чуть не убили его.
Рон подался вперед на стуле.
— Я сбежал. — От его голоса бассейн мог бы замерзнуть, настолько холодным он был. — Мне было шесть лет, и я выжил, пока ребята не нашли меня два года спустя. Они разбили лагерь недалеко от России, в этом огромном лесу, и наткнулись на мою пещеру. Моя Атлантская кровь воззвала к ним, и они пришли, чтобы найти меня.
Я могла только представить, что ему пришлось сделать, чтобы выжить в таком юном возрасте.
— Они спасли меня, — хрипло закончил он. — И я предан им, и только им.
— Понимаю, — сказала я ему, даже не заботясь о том, что он откусит мне за это голову. — Моя мать была наркоманкой. Она продавала себя тому, кто больше заплатит, только чтобы получить следующую дозу. Она пыталась продать и меня, но мне каждый раз удавалось сбежать. Уверена, что это моя сверхъестественная сторона влияла на людей. Это было единственное, что спасло меня. Она умерла, когда мне было семнадцать, и с тех пор я была предоставлена самой себе. Работала на бесперспективной работе, потому что там не задают вопросов. То, что Илия нашла меня, изменило мою жизнь так, что я даже не могу выразить словами.
Воздух был тяжелым, насыщенным сильными эмоциями, и я ненавидела смесь сочувствия и гнева на лицах окружающих меня людей.
— Как насчет того, чтобы поплавать? — спросила я, меняя тему разговора. — Я достигла своего эмоционального предела.
— Спасибо, черт возьми. — Рон вскочил на ноги. Он двигался так быстро, что я и глазом не успела моргнуть, как он нырнул в воду.
Отодвинув стул, я сбросила сарафан и направилась к бассейну, когда Кэлен обогнул стол и подхватил меня на руки.
— Отпусти меня, — крикнула я, хлопнув его по плечу.
Он только ухмыльнулся.
— С удовольствием.
Он швырнул меня так далеко в бассейн, что я чуть не приземлилась посередине. Когда вода сомкнулась вокруг меня, я открыла глаза и позволила глазам привыкнуть. Вчера я не сделала этого с Ашером, потому что было темно, а я была немного пьяна. Но сегодня, сегодня я снова стала самой собой, и мне захотелось по-настоящему ощутить воду.
Здесь было не только кристально чисто, но и я могла ощутить различные элементы самой воды. Она была соленой, но не в обычном смысле хлорной соли, а в чем-то гораздо более близком к океану. Это был самый чистый бассейн, в котором я когда-либо была, почти без остатков химии.