— Давай спускаться в последний раз, ты устала и невнимательна. Это опасно, так кататься.
Я не ответила, просто потому что не могла, и лишь кивнула. А за тем последовала за ней, но в очередной раз не уследила за лыжней, и не успев затормозить вкатила в сугроб и неудобно перевернувшись так и осталась там. От позорности положения, а так же усталости, и всего того, что происходило мне хотелось расплакаться, но я не смогла даже всхлипнуть — кто-то начал мне помогать снимая с меня лыжню, застрявшую под неудобным углом.
— Не стоит, я сама… — я не успела договорить, когда взглянула на помощника. Как всегда когда мне было сложно, появлялся он. Наверное, я была не права, думая, что он не обращает на меня внимание и проезжает мимо, словно меня нет. Видимо он двигался прямо за мною, раз подъехал почти следом. Я молча смотрела на него, но лицо Рэнда не выражало никаких чувств, кроме усталости наверное, и еще чего-то, но мне было сложно понять его, особенно когда он не улыбался. Раньше, когда мы катались вместе, Рэнд смеялся с того, как я поворачиваю на лыжах, и пытался мне показать правильный поворот. Теперь он был просто вымотанным, возможно из-за работы, или еще чего-то. Мне хотелось верить, что из-за меня, и в то же время я не хотела бы чтобы это было моих рук делом.
Так ничего не сказав, он поднял меня на ноги и снова зафиксировал мой ботинок в лыжне. Проверив в порядке ли я, стою сама, и могу ли двинуться, он тут же подобрал свои перчатки со снега и поехал вниз.
В этот момент я хотела чтобы он боролся за нас. Чтобы ударил меня, вырубил и перекинув через плечо забрал отсюда, увез куда-нибудь, и сказал, что я навсегда буду с ним, и пофиг ему все колледжи, а тем более все то, что я скажу. Я хотела, чтобы он сказал мне, что я не права, и не причин расставаться. Мне хотелось чтобы Рэнд исправил мою ошибку. Чертова эгоистка внутри меня хотела догнать Рэнда и вернуть его себе, чтобы он забыл все, что я ему говорила, и как было произнесено его признание в любви.
Мне точно не забыть Рэнда никогда.
Я смотрела, как быстро он спускается по склону, перегнав Селин, он резко притормозил возле своих родителей, уже видимо дожидающихся его. Вверх он так и не посмотрел, хотя с того времени как он начал спускаться я так и не двинулась с места.
Больно было теперь не от того, что я сделала, а от того, что я не сделала — не остановила его, а позволила поехать вниз, и что теперь я наконец-то принимала тот факт, что мы действительно не вместе.
Чертова Ассоль проигнорировала алые паруса; Грей так и не нашел дорогу к ней.
Глава 23. Потерянность
Март закончился, не было уже снега, и можно было закинуть подальше теплую одежду. Если бы я могла так же закинуть боль и тоску. Селин была не права — занятие лыжами помогли лишь частично, сердце больше не ловило так сильно, не сжималось не заставляло падать в обмороки, но продолжало ныть.
Вся школа была в шоке, когда наконец все поняли что мы с Рэндом не встречаемся. Мы кивали друг другу в школу, но не приближались и уж тем более не общались. Словно знакомые мы проходили мимо, и терялись в школьных коридорах, растворялись в толпе себе подобных школьников. То что в школе было много учеников, вовсе не мешало мне постоянно ловить среди них фигуру Рэнда глазами. Казалось повсюду он.
Наверное я так часто видела его именно потому, что искала все время. Все хотели знать, что же произошло, но я молчала когда меня расспрашивали, думаю Рэнд так же не распространялся. Наверное только Фил и Селин были посвящены в происшедшее с нами. Моя мама не одобряла это расставание, по крайней мере она перестала говорить мне об этом. Когда узнал папа, он так же напрягал меня разглагольствованиями по поводу глупости такого поступка.
Теперь только Селин была человеком, с которым я могла поговорить о Рэнде не боясь осуждения, так как даже Зеркальные, считали меня виноватыми в том, что наша пара распалась.
— Вы были моим идеалом отношений — если такие влюбленные не могут быть вместе, больше мне не поверить в настоящие отношения, — сказала мне Элла. Стела была с сестрой согласна, и это был первый случай на моей памяти, когда одна сестра поддерживала сестру настолько сильно.
— М-да…никогда не думала, что вы можете быть отдельно. Это даже хуже, чем то, когда мне сказали, что Санты не существует. Теперь мне сказали, что любви, скорее всего тоже, раз Рэндал Браз и Блэр Джеймс-Ричардсон расстались.
Я чувствовала себя так, словно была какой-то матерью Терезой, которая отказалась помогать бедным. Я и не знала, что мы с Рэндом стали для школы каким то эталонном. Селин вскоре мне объяснила в чем было дело.