Внезапный шок парализовал меня на несколько мгновений, но когда я понял, что могу двигаться — все равно ничего не видел, кроме безграничной белизны, куда бы ни бросил взгляд.
— Удивительно, не так ли? — раздался голос, казалось, в моей голове и повсюду одновременно.
— Что это? — изумился я. — Где я?
Чья-то ладонь легла мне на плечо, и я ощутил, как мои ноги с размаху коснулись чего-то твердого. Обернувшись, я снова увидел мага, стоявшего рядом. Капюшон был откинут с его головы, а взгляд направлен прямо, будто он видел цель.
Сердце громко билось в моих ушах, а ладони стали слегка влажными от волнения.
— Все в порядке, — успокоил меня Скворцов. — Мы в твоем разуме.
— Где⁈ — изумленно воскликнул я, поскольку слова мага были похожи на бред помешанного старика.
Но Скворцов лишь таинственно улыбнулся и вытянул руку вперед.
— Зри, — молвил он.
— Я ничего не вижу, — отозвался я, и мой голос едва слышным эхом разнесся в пространстве.
— Если ты не научишься хотеть видеть, юный барон, то в магии тебе не место, — вразумительно заметил маг, щелкнув меня двумя пальцами по макушке. — Смотри внимательно.
Я уставился на белую пелену. В то место, куда указывал Скворцов, но сколько ни силился — тщетно. А Скворцов продолжал улыбаться, и эта улыбка казалась издевательской.
Значит, в чародеи мне не попасть, если не увижу?
В груди возникло острое жжение. Очень странное и неприятное чувство, будто мне под кожу запустили колючего ежа.
Я вперился в белую стену. Пытался пронзить ее взглядом. Казалось, что сейчас в том месте, куда направлено мое зрение, образуется дыра, но… ничего не происходило. Белым-бело, как зимой во время лютой метели.
— Ладно, так уж и быть, помогу, — сказал мэтр Скворцов и прикоснулся пальцем к моему виску.
И я увидел.
Глава 9
9
Мир вокруг разом преобразился. Мы стояли на широкой поляне, окруженной густым лесом. Под ногами стлалась высокая, пышная трава, словно здесь всегда было в изобилии и тепла, и влаги. Солнечный свет, пробиваясь сквозь кроны, заливал поляну, высвечивая каждый стебелек. Зеленое. Живое. Настоящее.
Это видение было таким ярким и насыщенным, что казалось нереальным. Я любовался всей этой живописной картиной, широко распахнув глаза. И только когда мой взгляд скользнул к центру поляны, я заметил ее.
Руну.
Огромный конусовидный валун высотой не меньше трех человеческих ростов. Он парил в воздухе, острием направленный вниз, хотя по всем законам физики должно было быть наоборот. Его центр тяжести был явно смещен, и даже если бы он висел в неустойчивом равновесии, любой порыв ветра просто обязан был его опрокинуть.
— Красиво, правда? — спросил меня Скворцов, явно видя, как я с изумлением взираю на пейзаж.
— Да-а-а… — протянул я бездумно, не в силах оторвать взгляда от камня, на котором были высечены символы. Огромное множество. Они сплетались в неведомые узоры и покрывали всю поверхность валуна. Большие, средние, маленькие. Длинные, короткие. Едва заметные и так глубоко вырезанные, что буквально зияли темными провалами.
Я ощутил, как кончик пальца Скворцова отсоединился от моего виска, и видение рассеялось. Меня рывком дернуло вверх, мир смазался в вертикальном движении. Это длилось меньше секунды, но когда я открыл глаза — мы уже стояли на площади.
Легкие настойчиво требовали воздуха, и я не мог им отказать. Я сделал глубокий вдох, словно после долгого нырка. Сердце бешено колотилось, чуть не разрывая грудную клетку.
Для меня это короткое путешествие с метаниями черт знает куда и обратно прошло мучительно. Я чувствовал себя выжатым лимоном, ноги слегка дрожали, тело покрылось пленкой липкого пота, а в голове царил туман.
Зато рунный маг Скворцов, казалось, не испытывал никаких трудностей. Он продолжал наблюдать, как на подиуме натягивают велюровые канаты, создавая ограждение, и устанавливают кафедру, с которой будет вещать монарх.
— Урок первый, — продекламировал Скворцов. — Научись зрить. Домашнее задание таково: доберись до этой поляны и прикоснись к руне.
Я хотел было спросить, как я могу попасть на это самое место, если даже не знаю, где географически оно находится, но мозг сообразил быстрее, чем язык. Хотя рот я уже открыть успел. С тем же успехом закрыл его.