— Страшное дело вы замышляете, — сказал Михалыч, допивая остатки своего чая. — Но позвольте старику сказать свое слово: утро вечера мудренее. На сегодня вам стоит ложиться отдыхать, а с самого утра еще раз обдумать все то, что обсудили сегодня.
— Я согласен с Андреем Михайловичем, — кивнул головой Скворцов. — А завтра утром можно и лошадей запрячь, чтобы за оружием и материалами съездить, и детали обсудить на свежую голову. Пойдемте отдыхать, день был тяжелым.
Собрав оставшуюся посуду, я отправил их в кадку с водой, куда складывалось все то, что следует помыть утром перед завтраком. Признаюсь честно, сил убирать за гостями просто не было, так как выехали мы действительно рано и засиделись допоздна. Утром уберу.
Я проводил мага и Ивана в свободные комнаты, принеся извинения за неудобства в виде руин старого господского дома, а не полноценного дворца, но что один, что второй лишь скромно улыбнулись и поблагодарили за крышу над головой.
Шагая к себе в комнату, я не мог не заметить проделанную мужчинами и Скворцовым работу. Весь брус, который мы привезли, они пустили в расход самым должным образом. Не знаю каким чудом, но уверен, что без магии не обошлось, потому что старые сгнившие балки перекрытия теперь были заменены на свежие бруски и подогнаны так, словно они тут стояли с самого основания.
Все дыры в полу тоже были заделаны новыми досками и даже не скрипели, если на них наступать и не грозились лопнуть под тяжестью веса. И все это за один рабочий день. Точно колдовал старый пройдоха. Не поверю, что все это можно было сделать руками обычных крестьян при помощи молотка, гвоздей и чьей-то там матери; так аккуратно и выверенно; так быстро.
Зайдя к себе в комнату, я на мгновение застыл. Покои превратились из комнаты сарая почти в полноценную господскую почивальню. Все старые деревянные полы были заменены новой доской. Потолок, державшийся еще со старых времен, выбелен и вычищен. Все вокруг вымели и выдраили от пыли и паутины. На прикроватном столике и дальнем комоде стояли подсвечники, натертые и отполированные до блеска, а в них стояли зажжённые свечи.
Старые книжные шкафы были явно натерты чем-то, отполированы тряпками и вычищены до блеска, потому что пламя свечей то и дело отскакивало от отражений прямо в глаза.
Я прошелся по помещению и задул огоньки, чтобы не мешали заснуть и не коптили всю ночь, засоряя воздух. В душной комнате и спится хуже, а мою, как ощущалось, явно проветрили. И как только окно целым оставили — загадка.
Да, кровать оставалась старой, с обломанными ножками и надтреснувшим изголовьем, но матрас преобразился. Не знаю, что с ним сделали наши хозяюшки, но вычистили тоже настолько, насколько смогли. Если бы не несколько въевшихся пятен и проплешин от времени, я бы вообще подумал, что это новый матрас.
В комнате пахло уютом и домом.
Усевшись на кровать, я взбил подушку, из которой, к удивлению, не дыхнуло в лицо сразу тучей пыли. Я поправил ее, после чего снял обувь и прикрывшись пледом, улегся. Тело, словно налилось свинцом и гудело в каждой мышце. Но больше всего меня беспокоили неприятные покалывания в правой руке, что тянулись по всей конечности вплоть до шеи и лица.
Сжав правую кист в кулак, я поврал ей по часовой стрелке и против, проверяя моторику, но никаких отклонений, отходящих от нормы, не заметил. Но что это и почему оно возникло в тот момент, когда я попытался соприкоснуться с руной…
Хотелось разобраться, но я ощущал, как сознание медленно уплывает куда-то далеко. Надо будет еще раз попробовать добраться к этому месту. По крайней мере теперь я знаю где его искать, а значит одной загадкой меньше.
Утро вечера мудренее, сказал Михалыч, и был прав. Оставалось дождаться утра. А оно, как это всегда и бывает, наступит куда быстрее, чем мне бы хотелось.
Как только господский дом утих, маленький нетопырь, что висел весь вечер под карнизом поместья Кулибина во Хмарском раскрыл перепончатые крылья и отцепился от перекладины. Негромко пискнув, зверек сорвался вниз, но в следующее мгновение вспорхнул рукокрыльями, выровнял корпус и принялся лететь домой. Сегодня он услышал достаточно информации.
Глава 17
17
Поместье графа Виктора Цепеша
Лунный свет проникал в распахнутое окно, освещая пространство: небольшая комната, даже скромная для титулованной особы, которая скорее напоминала помещение для уединения, нежели рабочий кабинет.