Мы условились, чтобы в последствии избежать паники, что Иван сам расскажет положение дел своим людям. Все-таки он их предводитель и вожак стаи, а значит и ему нести ответственность.
В своей прошлой жизни я никогда не опускался до примитивного хамства и не терпел его в свою сторону. Но поставить на место зарвавшегося наглеца всегда будет правильным решением, если это под силу.
— Тем более, что разговаривал я с твоим главным. Своим поведением ты оказываешь не столько неуважение ко мне, сколько к своему предводителю и ставишь в первую очередь его в неудобное положение.
Судя по выражению лица хламника я догадался, что моя манера общаться с представителями высшего сословия очень сильно деформировала обыденную речь. Я вздохнул.
— Проще говоря: не гадь в карман своему главному. Мысль понятна?
Ошарашенное лицо хламника надо было видеть. Маска непонимания сменилась на агрессию. Брови нахмурились, голова опустилась, а взгляд исподлобья об этом ярко свидетельствовали. В этот момент мужчина, которого звали Русланом, напоминал мне разъяренного быка, которому дали дубиной по яйцам.
Он смачно потянул носом воздух и пренебрежительно сплюнул под ноги.
— Че ты щас вякнул?
Я скрестил руки на груди, чуть задрав голову.
— Выражаясь твоим языком я сказал тебе фильтровать базар. А еще не лезть в разговор, который я вел не лично с тобой или мама не учила не встревать, когда старшие беседуют?
— Я те ща!..
— Руслан, — прорычал Иван по прозвищу Кречет. — Рот…
— Что — «рот»⁈ — возмутился первый, перебивая своего главного.
— Закрыл.
Руслан готов был что-то возразить, но взглянув на своего предводителя тотчас заткнулся. Я не испытывал к нему ни сожаления, ни жалости, лишь некоторую неприязнь, поскольку ничего плохого я этим людям не желал. Скорее напротив — хотел помочь.
Тем более, что у меня в ближайших планах было как минимум отладить поставки сырья, чтобы было с чем работать в городе. Первым наперво отладить как следует систему канализации и дальше взяться за электрификацию. Оснастить энергетикой небольшой городок куда проще, чем мегаполис. Огромный путь в тысячи ли начинается с первого шага.
Мой первый шаг начался, когда я открыл глаза в этом мире и вывалился из капсулы криосна, как из утробы.
Повернувшись в мою сторону, Иван выдохнул. Он пытался успокоиться, хотя по поджатым губам было видно, что он зол, как черт. И я понимал его чувства. Хуже всего, когда человек, за которого отвечаешь выставляет своего старшего идиотом.
— Мы можем отвезти это все к твоей кузне, — продолжил он. — И помочь, если что-то понадобится, чтобы ускорить процесс.
Я улыбнулся, протягивая Ивану руку для всем известного жеста, который свидетельствовал о том, что мы договорились — рукопожатие.
— А это значит, — бодро добавил я, — что в таком случае вам придется остаться у меня в поместье. Добро пожаловать, дорогие гости!
Эти слова заставили Кречета смягчиться в лице. Не знаю почему. Быть может потому, что он тайно в душе желал обзавестись домом и осесть после долгих лет скитаний или просто наконец-то отдохнуть. Но сам факт, что он улыбнулся меня уже радовал.
Из-за того, что господский дом был действительно огромным, у меня хватало помещений, чтоб разместить еще девятерых человек без каких-либо проблем. Единственной сложностью оставался вопрос пропитания, так как это все еще девять ртов, которые хотят есть. Но не думаю, что сильно ударит по запасам. В конце концов уже через пару дней мы отвезем первую партию инструментов в город и получим выплаты за работу. Заодно пополним запасы.
— Тогда за работу? — обратился я к Ивану, сжимая его ладонь и чувствуя уверенное крепкое пожатие в ответ.
— За работу! — ответил он зычно, тут же разворачиваясь на месте и выдвигаясь к своей палатке.
— Руслан, че встал, как пень? Дуй собирай пожитки. Коля, Людку под бок и запрягать лошадей, бегом!
Н-да, теперь мне стало окончательно ясно почему именно Кречет у хламников был за главного. Этот мужчина обладал воистину дьявольским терпением по отношению к своим людям, а когда начинал раздавать приказы, то распалялся пуще пламени и его уже было не остановить.
Что-то мне подсказывало, что еще несколько лет назад, быть можем лет пять, Иван был значительно живее. Остатки былого запального характера все еще виднелись в этом мужчине, что утонул в рутине из тяжелых вылазок, рейдов и столкновений с монстрами и потерей близких друзей.