Я немедленно дернул ручку и толкнул дверь от себя, чтобы проверить состояния рунного мага и могу сказать, что невероятных вещей, которые я начал встречать в своей жизни было такое огромное количество, что словами не передать.
Мэтр скворцов лежал на своей кровати, сложив руки на груди, словно он действительно собрался на тот свет. Вот только от самого мага исходило приятное нежно-голубоватое сияние, полностью окутавшее его тело.
Внутренний аналитик подсказал, что Скворцов таким образом восстанавливается после нагрузок. Он впадает в крепкий летаргический сон на короткий промежуток времени и впитывает всю допустимую ему энергию из округи, из деревьев, из пространства и вообще из всего. И чем насыщеннее место — тем быстрее набирается маг сил.
Откуда у меня в голове возникла эта информация и почему я так решил не понимаю по сей день, но могу с уверенностью заявить, что я не ошибся.
Что ж, по крайней мере я могу быть спокоен, что маг жив и не умер. И теперь стало понятно, почему мэтр не вышел на помощь, но отсюда возникает другая неприятная сторона медали — во время такого сна Скворцов становится полностью беззащитным, как младенец. Придется думать как оберегать старика во время похода, чтобы он экономил энергию и всегда находился в сознании.
— Матерь божья… — прошептал Михалыч. — Что с ним?
— Выходи, — тихо ответил я и стал подпихивать кузнеца к выходу. — Отдыхает так человек. Не тереби его.
— Да я и не собирался… — осведомился кузнец, почесав затылок.
Мы вышли из комнаты мага, дверь которой я притворил за собой до щелчка, после чего стал двигаться к главному входу, где уже собрались испуганные крестьяне. Кречет тоже был там со своими людьми и что-то им активно рассказывал и объяснял.
— Что это было барин? — осведомился Михась, когда я показался ему на глаза.
— Да, такие ужасные вопли… — подхватила одна из женщин, — так и поседеть недолго…
Я выслушал их обстрел вопросами, после чего поднял руку в знак того, чтобы все утихли и дали мне слово.
— Опасность миновала, — сказал я спокойно. — Что это были за существа я сказать не могу, но самое главное, что мы от них избавились не без помощи нашего гостя Ивана. В ближайшее время я разработаю систему ловушек для нашего поместья, чтобы ни одно дикое существо или человек со злым умыслом не смог подобраться ни на один шаг к дому и уж тем более к вашим спальням.
— Барон, позволите? — поднял руку Иван. — Мы с ребятам посовещались, — сказал он, оглядев своих людей. — В общем, будем вести дозор. Нам не в первой, стандартная практика. Поделимся на группы и будем ночью дежурить, чтобы предупредить о приближающейся опасности и предотвратить ее, если потребуется, — он радостно похлопал свой улучшенный арбалет по корпусу. — А уж тем более с такими игрушками…
— Спасибо, — сказал я от чистого сердце. — Это очень широкий жест с вашей стороны. Ну, и раз мы уже все собрались, то, что, будем начинать новый трудовой день? Хозяюшки, накроете нам завтрак?
Дважды уговаривать не пришлось, женщины тут же подхватились и помелись во двор к своим казанкам и полевой кухне. Руки все еще не доходили до того, чтобы устроить им полноценную рабочую зону. Да и материалов было не так, чтобы много. Хотя все еще впереди.
Когда в холле остался только я и кузнец, я посмотрел на него осоловелыми глазами со слипающимися веками.
— Разбуди меня как завтрак поставят, пожалуйста, — сказал я ему и двинулся к себе в спальню, потому что организм хоть и был переполнен адреналином, однако все равно требовал сна. Хоть пять минут, но требовал.
Свалившись на подушку, я даже не осознал, как уснул. И сон этот был таким крепким, что пролетел незаметно. Я очнулся от того, что почувствовал как меня трясут за плечо и раскрыл глаза.
— Саша. Са-а-аш, — тянул кузнец, продолжая меня по-отечески трепать по плечу. — Вставай, Саш. Там царская процессия движется к нашему поместью с флагом Долгорукова.
Глава 21
21
Процессия действительно двигалась в сторону Хмарского. Корректнее было бы назвать это действие просто прогулкой монарха со свитой по своим владениям, но факт, что они двигались в нашу сторону, был неоспоримым.
Выйдя из ворот поместья, я отчетливее увидел, что монарх ехал впереди на крупном вороном жеребце, его латы — добротная работа кузнеца, без лишних украшений, но отполированные до блеска. Солнце скользило по пластинам, слегка слепя глаза. Конь ступал неторопливо, разминая мышцы, будто понимал, что спешить некуда.