– Что-то стряслось? – Поинтересовалась Мино.
– Шоу, погиб, только что. – Тихо отозвалась Анна, приближаясь к Артуру.
Мино почувствовала болезненный укол, который был никак не связан с её физическими ранами, и который колол куда больнее любого настоящего кинжала.
– Как… как это случилось?
– Удар от приземления, видимо он пришёлся на ту часть корабля где была рубка пилота. Там мало что уцелело, если вообще что-то уцелело. – Анна говорила тихо, в несвойственной для неё спокойной и даже слегка нежной манере.
Мино почувствовала, как к её глазам предательски подступают слёзы. Хотя Анна, которая спешно проверяла Артура вроде и не смотрела в её сторону, Мино всё же предпочла отвернуться, скрывая лицо. Люди иногда гибли по её вине, она была офицером разведки. Пусть сражения и не входили в её зону ответственности, но периодически так случалось, что вверенные ей люди погибали или вынуждены были кого-то убить. Всякий раз это оказывалось для Мино большой проблемой, она не могла принять необходимость чьей-то гибели как данность. Но сейчас было больнее. Шоу не был её подчинённым, он вообще оказался здесь случайно, и погиб, спасая её жизнь, помогая поступить так как ей казалось правильным. Он не умер от чьего-то злого умысла и не стал жертвой придворных интриг. Шоу стал жертвой её благих намерений. А она ведь даже не знала, разделял ли он вообще её идеи. Этот вечно молчаливый застенчивый парень с доброй улыбкой. Мино почувствовала, что по её щеке течёт капля тёплой жидкости, слёзы прорывали оборону.
Анна успела краем глаза заметить гримасу скорби на лице Мино прежде чем та спешно отвернулась. Принцесса не привыкла вести людей на смерть. Анна не сочувствовала ей. Вся эта авантюра была смертельно опасной с самого начала, может хоть теперь эта женщина, выращенная во дворцах, Мино Ауция Юстина, осознает во что ввязалась и куда потащила за собой других. Но в то же время Анне и самой было жалко Шоу. Это был славный парень, у него могло быть светлое будущее, даже если бы он вернулся на преступный путь, мир бы не раз услышал его имя из громких заголовков новостей. Да и виденное собственными глазами горе Мина не оставляло её равнодушной, вызывая в ней искренне сочувствие. Подвеска Артура всё так же сияла, а сам он словно пребывал в глубок сне. Всё же она не ошиблась, он действительно был жив. Это знание помогло Анне вновь найти точку равновесия внутри себя. Подвеска потухла и глаза Артура открылись в десятке сантиметров от лица Анны, которая продолжала внимательно изучать его состояние. Всего на долю секунды, на краткий миг, Анне показалось что серые глаза Артура светились таким же фиолетовым светом, как и потухшая только что подвеска. Он пришёл в себя и сразу же его лицо омрачилось выражением глубокой скорби. Он тихо произнёс лишь одно слово «Шоу», а из его глаз не спеша покатились слёзы. Анна не понимала откуда он знает о случившемся, быть может он пришёл в себя до того, как раскрыл глаза и успел услышать её, а может слышал сквозь сон и от этого проснулся. Так или иначе ей захотелось как-то утешить Артура и она, видя его печаль, поддавшись эмоция заключила его в объятия. Жест несвойственный и непривычный дался ей на удивление легко, Артур ответил ей взаимностью. Под воздействием общего настроения, Анна и сама чуть было не проронила слезу. Но Артур успел нежно освободиться из её объятий до того, как это случилось. Он решительно и легко пошёл к выходу из общей зоны заворачивая в сторону рубки пилота. Анна оказалась немного растерянной, тем с какой лёгкостью он шёл. Все, включая её саму ощущали последствия их тяжёлой посадки и воздействие чужой непривычно давящей гравитации. Все, но не Артур. По тому как он двигался и шёл, казалось, что он совершенно здоров, а гравитация тут для него привычна. Она не стала идти за Артуром, эта троица была хорошими друзьями, пожалуй, все прочие будут там сейчас лишними. Вместо этого Анна тяжело вздохнула, и лишь сейчас, под тихие всхлипывания со стороны, вспомнила про аптечку для Мино.
Анна принесла аптечный набор и положила его на стол недалеко от Мино. Всхлипы уже прекратились, но принцесса явно была не настроена демонстрировать своё лицо избегая зрительного контакта. Поэтому Анна учтиво покинула общую зону оставляя высокородную персону в желанном уединении и покое. Ей нужно было проверить периметр возле корабля и убедиться, что они в относительной безопасности. Кажется, сейчас она была единственным пригодным для этого членом экипажа. Вооружившись и проверив целостность своего чёрного комбеза, она закрыла шлем. Системы сообщали о герметичности. Полноценного шлюза, рассчитанного на посадки в неизведанные миры, на этом маленьком корабле не было, поэтому для выхода наружу нужно было герметизировать трюм и использовать его как некий буфер между внешним миром и остальным внутренним пространством Искры. Анна стояла, ожидая герметизации разминая шею и руки. Тревоги уже покинули её. Если бы Анна убивалась всякий раз, когда погибал её сослуживец и просто хороший парень то, наверное, не дожила бы с такими нервными потрясениями и до тридцати. Чужие смерти шли рука об руку с её чёрным костюмом, и далеко не всегда это были смерти злодеев или безымянных врагов Императора. Однако её спутники явно были не столь привычны к подобным потрясениям. Возможно оно было лучшему, это приобретаемое качество даже самой Анне не слишком то нравилось, она ощущала исходящую от него неприятную тьму в своём сердце. Нечто неправильное было в самой идеи безучастности к чужой гибели, это ни для кого не должно было становиться нормой. Анна прошла к другому концу трюма и начала опускать трап. Когда тот отошёл от борта то приборы зафиксировали перепад давления. Снаружи была атмосфера, и она врывалась внутрь трюма. Анна посмотрела на руку, экран компьютера сообщал что эта атмосфера не опасна, но шлем всё же снимать Анна не стала. Первое правило при выходе из корабля в любых не понятных условиях… её магнитные подошвы активировались… будь готов ко всему. Она зашагала по трапу и как только она оказалась вне корабельных стен то гравитация сразу переменилась. Гравитатор корабля корректировал вектор её воздействия, но только внутри корабля, и внутри корабля пол оставался полом, а потолок потолком. Но снаружи, он не действовал. Анна стояла на трапе и по отношению к окружающему миру, она была вниз головой, удерживаемая лишь силой магнитных вставок её сапог. Похоже их корабль совершил посадку не совсем той стороной, которая была предусмотрена для этих целей его создателями. Анна включила встроенный в шлем прибор ночного видения и тёмная пещера вокруг неё залилась светом. Из хороших новостей, корабль лежал на ровной твёрдой поверхности каменистого пола пещеры, и судя по всему никакое дальнейшее падение или скатывание ему не угрожало. Искра прошла сотню метров вглубь пещеры, следы их посадочного пути были легко различимы по оставленным разрушениям. Яркий, залитый ослепительным светом, вход в пещеру было хорошо видно по ту сторону корабля. Анна потратила несколько минут внимательно оглядываясь, когда обстановка была сочтена безопасной она прикрепила трос от костюма к трапу и оттолкнувшись, под действием гравитации, начала падение к полу пещеры. Трос затормозил её скорость, а акробатические навыки позволили свершить переворот на лету и приземлиться на ноги. Оказавшись ногами на твёрдой поверхности незнакомого мира Анна перехватила оружие поудобней, на случай внезапной встречи, и двинулась обходить внешний периметр корабля. Пещера была просторной, особенно та её часть, которую расчистил собственным корпусом корабль при падении. В глубине, перед кораблём, пещера расходилась несколькими ходами, достаточно большими и просторными чтобы там без проблем могла пройти даже целая группа людей. Сталактиты и сталагмиты украшали пещерную систему всюду, кроме тех мест где корабль смёл их самим собой. Когда обход был завершён Анна сделала вывод что корабль в относительной безопасности. Если здесь и водились живые существа, то они либо умерли со страха и шума, либо не горели желанием показываться. Оба варианта Анну в целом устраивали. Оставалась проблема с трапом, по которому нельзя было просто сойти с корабля, но даже не считая этого, сам корабль был в куда менее позитивном состоянии чем хотелось бы. Из него капало там, где ничего не должно капать, искрило там, где не должно искрить. Всюду по пещере были разбросаны мелкие куски и элементы конструкций корабля. Корпус был существенно повреждён, вражеские орудия понаделали в нём вмятин и дырок, ослабив конструкцию, а удар при приземлении был своего рода вишенкой на торте. С первого взгляда, её опытным инженерным глазом, можно было сделать вывод что пациент скорее мёртв, чем жив. Нет, шансы что-то починить ещё были, но при наличии целой верфи под боком. Без этого шансы на то что этот корабль сможет летать стремились к нулю. Формально в первую очередь нужно было решить вопрос с трапом, Анна без лишней скромности предполагала, что все прочие члены её команды просто свернут себе шею если попытаются покинуть корабль в подобной ситуации. Но фактически сперва нужно было срочно уст