проверив целостность своего чёрного комбеза, она закрыла шлем. Системы сообщали о герметичности. Полноценного шлюза, рассчитанного на посадки в неизведанные миры, на этом маленьком корабле не было, поэтому для выхода наружу нужно было герметизировать трюм и использовать его как некий буфер между внешним миром и остальным внутренним пространством Искры. Анна стояла, ожидая герметизации разминая шею и руки. Тревоги уже покинули её. Если бы Анна убивалась всякий раз, когда погибал её сослуживец и просто хороший парень то, наверное, не дожила бы с такими нервными потрясениями и до тридцати. Чужие смерти шли рука об руку с её чёрным костюмом, и далеко не всегда это были смерти злодеев или безымянных врагов Императора. Однако её спутники явно были не столь привычны к подобным потрясениям. Возможно оно было лучшему, это приобретаемое качество даже самой Анне не слишком то нравилось, она ощущала исходящую от него неприятную тьму в своём сердце. Нечто неправильное было в самой идеи безучастности к чужой гибели, это ни для кого не должно было становиться нормой. Анна прошла к другому концу трюма и начала опускать трап. Когда тот отошёл от борта то приборы зафиксировали перепад давления. Снаружи была атмосфера, и она врывалась внутрь трюма. Анна посмотрела на руку, экран компьютера сообщал что эта атмосфера не опасна, но шлем всё же снимать Анна не стала. Первое правило при выходе из корабля в любых не понятных условиях… её магнитные подошвы активировались… будь готов ко всему. Она зашагала по трапу и как только она оказалась вне корабельных стен то гравитация сразу переменилась. Гравитатор корабля корректировал вектор её воздействия, но только внутри корабля, и внутри корабля пол оставался полом, а потолок потолком. Но снаружи, он не действовал. Анна стояла на трапе и по отношению к окружающему миру, она была вниз головой, удерживаемая лишь силой магнитных вставок её сапог. Похоже их корабль совершил посадку не совсем той стороной, которая была предусмотрена для этих целей его создателями. Анна включила встроенный в шлем прибор ночного видения и тёмная пещера вокруг неё залилась светом. Из хороших новостей, корабль лежал на ровной твёрдой поверхности каменистого пола пещеры, и судя по всему никакое дальнейшее падение или скатывание ему не угрожало. Искра прошла сотню метров вглубь пещеры, следы их посадочного пути были легко различимы по оставленным разрушениям. Яркий, залитый ослепительным светом, вход в пещеру было хорошо видно по ту сторону корабля. Анна потратила несколько минут внимательно оглядываясь, когда обстановка была сочтена безопасной она прикрепила трос от костюма к трапу и оттолкнувшись, под действием гравитации, начала падение к полу пещеры. Трос затормозил её скорость, а акробатические навыки позволили свершить переворот на лету и приземлиться на ноги. Оказавшись ногами на твёрдой поверхности незнакомого мира Анна перехватила оружие поудобней, на случай внезапной встречи, и двинулась обходить внешний периметр корабля. Пещера была просторной, особенно та её часть, которую расчистил собственным корпусом корабль при падении. В глубине, перед кораблём, пещера расходилась несколькими ходами, достаточно большими и просторными чтобы там без проблем могла пройти даже целая группа людей. Сталактиты и сталагмиты украшали пещерную систему всюду, кроме тех мест где корабль смёл их самим собой. Когда обход был завершён Анна сделала вывод что корабль в относительной безопасности. Если здесь и водились живые существа, то они либо умерли со страха и шума, либо не горели желанием показываться. Оба варианта Анну в целом устраивали. Оставалась проблема с трапом, по которому нельзя было просто сойти с корабля, но даже не считая этого, сам корабль был в куда менее позитивном состоянии чем хотелось бы. Из него капало там, где ничего не должно капать, искрило там, где не должно искрить. Всюду по пещере были разбросаны мелкие куски и элементы конструкций корабля. Корпус был существенно повреждён, вражеские орудия понаделали в нём вмятин и дырок, ослабив конструкцию, а удар при приземлении был своего рода вишенкой на торте. С первого взгляда, её опытным инженерным глазом, можно было сделать вывод что пациент скорее мёртв, чем жив. Нет, шансы что-то починить ещё были, но при наличии целой верфи под боком. Без этого шансы на то что этот корабль сможет летать стремились к нулю. Формально в первую очередь нужно было решить вопрос с трапом, Анна без лишней скромности предполагала, что все прочие члены её команды просто свернут себе шею если попытаются покинуть корабль в подобной ситуации. Но фактически сперва нужно было срочно устранить течи технических жидкостей. И дело было даже не в том, что восполнить их могло быть невозможно в этом мире, а в том, что в совокупности с искрящей проводкой это могло стать крайне опасным сочетанием. Ближайший план Анне был предельно ясен, оставалось самое простое, всё это сделать. Анна тяжело вздыхала на ходу, возвращаясь и пытаясь припомнить где видела инструменты и всё что могло пригодиться. Ей предстояло провести несколько, весьма неприятных, часов, большую из которых она видимо проведёт вниз головой, или похожих неприятных состояниях, пока будет ходить по внешней обшивке корабля и забираться во внутренние технические туннели обслуживая устраняя все критичные повреждения, но сделать это нужно было срочно и безотлагательно.