Мино покачала головой, из всего озвученного доверие вызывало разве что имя, и общая направленность беседы. Но она быстро спохватилась, оборвав свой жест качания головой, опасно было делать жесты, которые могут иметь здесь совсем другое значение.
– Кнайт скажи, насколько точно ты переводишь его слова? – Мино не пыталась скрывать свой скепсис в его адрес, но за неё это сделал шлем.
– Требуется время чтобы адаптироваться к устной речи. Возможны значительные отклонения в оборотах речи и терминах. Общий смысл сказанного им на сто процентов совпадает с переводом. Пропущены или заменены некоторые отрезки речи, смысл которых пока не поддаётся переводу, идёт обработка.
Мино заметила, что, отвечая ей, модулятор Кнайта снова привычно скрипел, не искажая звуки. Она не требовала от Кнайта невозможного, по крайней мере он честно признавал, что переводит, используя отсебятину, хоть и описывал это довольно изящным языком. Она решила, что не будет оставаться в стороне, опасаясь, что Кнайт переводит подобным образом и её речь. Это бы объяснило почему собеседник не понимает цель их визита. Было бы крайне странно встретить на какой-то свалке парочку которая высокопарно выражается, выглядит как они сейчас, но при этом утверждает, что ищет встречи с правительством, таких бы сочли безумцами. Особенно учитывая их потрёпанный и грязноватый вид. Мино рискнула и сняла шлем, который повинуясь её мысли плавно скользнул на спину. Впервые вдыхая местный воздух, не пропущенный через сложную систему фильтрации комбеза, она невольно ощутила странные и непривычные запахи. Сознание подсказывало Юстине что она должна была ощутить запах пыли присущий подобному месту, привычный, но его тут не было, зато были совсем другие запахи. Часть из них можно было отнести к похожим на какие-то запахи ржавчины и различным горюче смазочным материалам, но она явно не могла узнать никакой из них. Юстина коснулась рукой своей груди и чётко произнесла: «Мино Ауция Юстина», потом эту же руку она направила в сторону Фьорла и молча выждала паузу. Он тоже молчал, судя по всему внимательно наблюдая за ней. Мино выждала время и повторила этот жест ещё раз, и ещё раз. Каждый раз стараясь произносить слова максимально идентично.
Бранд Фос увидел, как шлем одной из фигур так плавна и грациозно скользнул за спину. Это было удивительное зрелище, он ожидал увидеть малюсенькую голову, но оказалось, что шлем лишь едва больше головы, видимо он был с тонкими стенками и точно очень затейливый. Мысль о том, что всё снаряжение этой фигуры столь облегающее, тонкое и технологичное заинтересовало Фоса. Фигура все ещё была тщедушной, но теперь уже он понимал, что не на столько сильно, как ему казалось с самого начала. Она, она что-то говорила. Фос отвлёкся от разглядывания снаряжения и сосредоточил своё внимание на том что она делает. Та странная фигура похожая на груду деталей говорила на языке Фьорлов, очень странно, но говорила. Фос уже понял, что это какой-то переводчик, но сейчас та другая фигура, стоящая теперь без шлема, пыталась поговорить с ним сама, и явно не на языке Фьорлов. Тыкает себя в грудь, что-то говорит, показывает на него, ждёт, повторяет всё с самого начала. Занятное зрелище. Без шлема её голос заметно изменился, стал куда приятнее, такой мелодичный и мягкий, передающий столько разных интонаций. Правда Фосу тяжело было различать что она говорит, она явно делала паузы чтобы он лучше понял её речь, но всё же даже эти фрагменты без пауз, звучали непривычно и были длинные сами по себе.
– Что происходит? – Спросил Фос, озадаченно глядя на то как уже в который раз цикличный жест фигуры без шлема повторяется.
– Она называет своё имя и указывая на вас ждёт в ответ вашего имени. – Отозвался незнакомец странного вида. В этот раз он говорил уже куда более сносно. Фос удивился, почему-то он сразу так не говорил.