Огромное белое облако, проплывающее над городом, бросало тень на его часть, Иан поднял руки и сложил их в виде объектива.
– И вот, мы прибыли… Гея, так зовут эту планету кстати. Гея показалась на наших экранах… Зелёная, голубая, белая, такая живая… Думаю не преувеличу, если скажу, что нет большего чуда для родившихся и живших на Арке людей, чем видеть подобное. Лидер, объявил, что это и есть, наш новый дом. Ликование охватило всех, даже я не смог устоять. Но ликование было преждевременным. Нам предстояло сойти на планету. И вот это была большая проблема. Никто не знал, как это сделать и уцелеть. Обыскали весь корабль, перерыли каждый инфопланшет. А Гея, приближалась.
Иан засмеялся, и смех показался Кнайту очень грустным.
– Представляешь, Арк, просто врезался в планету. Это всё что нам оставалось. Мы не нашли другого пути. Часть людей погибла в этом крушении. Оказалось, что у Арка была специальная часть, где должны были быть во время «жёсткой посадки» все, кто хочет выжить… Но мы узнали это только постфактум. Мы не знали ни об этом, ни о том, что у Арка есть тормозные двигатели, которые нужно включить и смягчить падение. Всё это узнали уже потом, потомки тех, кто сумел выжить, исследуя и изучая останки Арка. Все выжившие во время падения обязаны своими жизнями только планете. Это Гея, затормозила нас на столько на сколько смогла.
Иан замолчал, и пауза немного затянулась из-за чего Кнайт решил, что можно задать вопрос.
– И все тут живут тысячи лет, не умирая и не старея?
– Ох, нет-нет, прости, если ввёл тебя в заблуждения… Во время аварии при посадке. Я подвергся очень сильной дозе облучения. Учёные считают, что я родился с этим… оказалось, что я всё это время тоже был мутантом, всю свою жизнь. Но это облучение во время аварии, оно подстегнуло все наши особенности, и мою в том числе. С того дня я старею очень медленно. Мы поняли это не сразу… на планете сменилось поколение, а я едва изменился. Так я стал, живым памятником, ушедших эпох. Ты представляешь, у них в учебниках истории есть целый параграф, посвящённый лично мне. Сейчас на планете только я живу дольше тысячи лет, и есть лишь один претендент на то чтобы превзойти меня. Мой сын, Артур. К сожалению, он унаследовал мою особенность, а не особенность матери. В отличии от меня, он с самого рождения медленно взрослел и старел физически. Представляешь, он начал читать и пытаться писать раньше, чем его тело смогло начать ходить… И раз уж я заговорил о нём, думаю, что именно его тебе стоит попросить помощи со второй твоей сложность, ему не место на этой планете, а годы ожидания не станут для него проблемой.
– Благодарю за совет, я обращусь к нему. Но почему ты хочешь, чтобы он ушёл?
– Это сложно объяснить сейчас, я отвечу на этот вопрос позже, когда будет подходящий случай. Так вот, после крушения, остатки космического корабля Арка стали первыми домами, нового города, города Арк. Того города, который ты видишь на горизонте. Засиделись мы тут, пойдём в обратный путь.
Кнайт послушно последовал за Ианом по широкой дороге через лес к его дому.
– Так как Вы, поняли, что я робот? В ваших книгах не было упоминания подобного.
– Ты читал только ряды книг внизу шкафа, это учебники и научные труды, само собой там не будет таких упоминаний. Эти инфопланшеты хранят информацию большую часть, из которой я сберёг ещё со времён, когда Арк был в космической пустоте, мы там роботов не делали, поэтому и учебников у нас таких не было, а может и были да сгинули. Вот если бы ты взял пару инфопланшетов с художественными книгами… То там такая концепция встречается и не раз.
«Вот оно как» понял свою ошибку Кнайт. Но решил вернутся к следующему вопросу
– Вы, сказали, что ваше падение затормозила планета, Гея, но как вы все не погибли от такого удара?
– Она затормозила нас не своей поверхностью, Кнайт. И даже не атмосферой. Эта планета, это она была голосом что вёл Лидера восставших. Она буквально живая, и обладает силами, собственными силами, влиять на мир вокруг себя. Она может управлять даже гравитацией, я не знаю в каких пределах, но именно эта способность затормозила наше падение, и спасла жизни всем выжившим. Я, мало что могу рассказать об этом. Я не слышу Гею.