– То есть – Вернулся из размышлений Фос – В вашем мире, есть выходные, когда вы не работает, но есть подработки, когда вы работаете в свободное от работы время, в выходные. Не проще ли было бы отказаться от выходных, и просто называть это работой?
– Это, несколько сложнее. Возвращаясь к примеру Артура, будет проще объяснить. Для того чтобы поступить на учёбу ему нужны были деньги, и он нашёл работу. Когда он накопил денег и поступил на учёбу, то решил не бросать работу по личным соображениям, но так как большую часть времени ему теперь нужно было учиться, то он стал работать меньше, и мы называем это уже подработкой. Возможно, что после учёбы он снова вернётся на свою работу как полноценный сотрудник. Но некоторые другие люди работают, чтобы оплатить учёбу и в процессе, потому что не могут учиться так же хорошо, как Артур, и им приходиться оплачивать своё обучение самим. В случае с Артуром это делает правительство, в качестве поощрения за его хорошую успеваемость.
Новая пауза.
– Кнайт, что на этот раз?
– Деньги.
– Деньги?
– У них нет такого слова, и вероятнее всего самого понятия.
Голос Кнайта был беспристрастен, он не издевался. Юстине потребовались усилия чтобы подавить тяжёлый вздох. Каждый её ответ, просто порождал ещё больше вопросов Фоса. Всё должно было быть наоборот. Это она хотела расспрашивать его. Но радовало в этой ситуации то что весь этот диалог давал и ей новую информацию об обществе Фьорлов.
Они шли и беседовали. Фос был открыт и вежлив к ним, но чем дольше длился разговор, тем более очевидно становилось что он считает многие обычаи Землян то ли варварством, то ли причудой. Никакой агрессии по этому поводу он не выражал, просто искренне удивлялся. Искренность, вообще была во всём что он делал и говорил, в том, как он выглядел. Юстина ни разу не заметила, чтобы он попытался оборвать свою физическую реакцию, или подменить её. Нет, если он был удивлён, то удивлялся, испытывал отвращение, и вот оно. Конечно Юстина ещё не слишком хорошо понимала внешние проявления эмоций Фьорлов, но она бы заметила любую попытку обрыва или фальши. Просто потому что даже если она не знала какую именно эмоцию видит, то легко могла определить естественность её протекания. Долгие годы обучения и службы в контрразведке сделали её взгляд цепким и проницательным. У Юстины не было искусственных глаз или аугментов в них, но это компенсировалось её усердием и природными талантами. Сама она была убеждена что обстоятельства, запрещающие ей иметь модифицированное зрение скорее были плюсом. Живые, органические глаза чаще вызывали у людей меньше тревоги, они выглядели проще и понятней чем модифицированные глаза, под взглядом которых при личной беседе люди всегда чувствовали себя неуютно, ведь не могли точно знать записывают ли их сейчас, а может быть их уже в чём-то заподозрили и сканируют любую мельчайшую эмоцию задавая с виду невинные вопросы. Её же светло голубые глаза напротив, чаще всего всем нравились, вызывая симпатию. Люди не ощущали под её взглядом никакой тяжести, напротив чаще всего расслаблялись. Многим это стоило их секретов, а кому-то и свободы. Фьорл конечно не мог быть очарован её внешним видом. Но и искусственных механических глаз тут ни у кого видно не было, что опять же делало её чуть ближе к местным, дополнительные отличия между ними были бы явно в минус их взаимопониманию. Хотя отношение Фоса к Кнайту, вызывало некие волнения. Юстина не могла понять его. Он ведь точно осознал, что Кнайт не органический, логичней было бы предположить, что он будет относиться к Кнайту как к вещи, но тот относится к нему как живому. Да и в целом не видно особой разницы в том, как Фос относится к ней и к Кнайту. Спросить о таком напрямую казалось логичным, но Юстина решила отложить эту сложную тему на потом, на будущее в котором они научатся лучше понимать друг друга. И под друг друга, она имела ввиду в том числе и Кнайта, которого так же теперь стоило учитывать, как нечто новое и неизвестное. Стоило бы высказать Артуру своё недовольство за то, что он взял нечто подобное с собой в экспедицию и не предупредил её заранее. Но с другой стороны, это ведь именно она вторглась в их жизнь и почти похитила, не оставляя им времени ни на что. Да и польза от Кнайта была безусловная.
За разговором они дошли так быстро что Юстина не успела даже заметить, как они уже оказались у нужной двери, ведущей в кодекс. Через один короткий коридор они попали в помещение кодекса. Внутри помещение кодекса оказалось не слишком большим и просторным. Потолок был сильно ниже чем в коридоре. По сути это была комната где всё видимое пространство, не считая узких проходов, занимали столы и установленное на них оборудование. На каждом столе был свой осветительный прибор, устройство похожее на экран, и сопровождающие его устройства ввода, клавиатура, стилус, какой-то шар на подставке. Общее освещение здесь было неизменно тусклым, что явно было нормой для Фьорлов, и по ощущениям Юстины даже ещё тусклее чем в общем коридоре. Однако здесь не было одиноко, вопреки ожиданиям Юстины, Фьорлы у которых не было выходных, всё-таки занимали почти половину столов в кодексе.