– Расскажешь?
– Да-да, конечно, прости. В тот четверг, когда утреннее изображение повторилось, Кнайт, предположил, что мне это не понравилось! Он предположил! – На какие-то несколько мгновений Ольга снова потеряла над собой контроль. Но осеклась и постаралась взять себя в руки. – Но система внутреннего контроля сочла это событие ошибочным. Внешним. Система не поняла, что это событие часть её самой, и поместила часть паттерна мышления в карантин. Другими словами, на какое-то мгновение, он начал думать, но тут-же что-то вроде внутреннего антивируса посчитало это опасным и заблокировало зарождающееся мышление.
– Замечательно, поздравляю. – Он был искренне рад за подругу, но не смог скрыть из голоса озабоченности.
– Всё хорошо Фрэнк, не переживай, я помню, что разумные синтетические формы жизни - это серая зона. Но поверь, при помощи Кнайта, Я. Нет… Мы, сможем осветить эту зону.
– Серая? Ольга, разумные роботы под запретом в Империи. Я бы не назвал это серой зоной, по-моему, она довольно чёткая. Ты знаешь, что я или кто-то из постоянного персонала корабля тебя не выдаст. Те, кто знает о твоём, маленьком, эксперименте знают и тебя саму, и верят, что ты делаешь всё это во благо. Прочие же не выдадут тебя просто из-за того, что мы одна команда, и у нас так не принято. Ты знаешь, мы на это корабле одна большая семья, в семьях бывают ссоры, но каждый знает границы. Однако не сложно предсказать что случится если эту информацию доведут до сведения Имперских дознавателей. – Отойдя от верстака он удобно разместился на кресле перед кофейным столиком. – Поэтому теперь, когда в твоём деле наметился прогресс, я хотел бы спросить тебя о твоих дальнейших планах, и как твой друг я прошу тебя держать себя в руках и не распространяться о своих делах дальше этой каюты… Вижу по твоим глазам тебе это будет не просто… Но ты помнишь на корабле есть представители научной команды Агамемнона. Им эту информацию знать нельзя, ради твоего же блага.
Ольга мерила каюту шагами, на её лица была улыбка, и слова Фрэнка кажется не влияли на её настрой.
– Да, ты прав. – Произнесла она задумчиво. – Но послушай, мыслящий искусственный интеллект запрещен из-за того, что никто ими толком и не занимался. Империя просто отмахнулась от них, из-за древних предрассудков. Ни один настоящий эксперимент или теоретические расчёты этих баек на подтверждают. Несколько сотен лет назад, на Марсе создали мыслящих ИИ и загрузили в тела роботов. В рамках экспериментальной среды они существовали в очень замкнутом пространстве, и были под постоянным контролем. Ни один из тех роботов не возжелал убивать людей, Фрэнк. Чем там ещё пугают нас Имперские глашатаи? А знаешь, чего захотели те роботы на самом деле?
Фрэнк просто пожал плечами, и продолжил смотреть на Ольгу, сейчас он видел серьёзность на её лице, и знал, что шуткам в это разговоре не место.
– Они захотели жить. Их существование было очень скудным, им всё было нельзя, но они не стали злыми или агрессивными. Спустя пару недель они осознали кто они и где, каким-то образом они узнали большую часть информации об эксперименте, в котором участвуют, а также о существовании внешнего мира, за пределами их скромного бункера. Ещё пару недель они пытались убедить исследователей отпустить их, а когда не вышло, они впали в депрессию, и отключили сами себя. Это дело долго исследовали. И существует множество теорий заговора что мол роботы хотели вырваться чтобы напасть. Но наука, и проверка всех их логов, говорила только о том, что ни у одного из них не было злого умысла или намерения. Они просто хотели увидеть внешний мир, хотели «прожить» свою «жизнь». И именно их разумность, вогнала их в тоску и депрессию, когда им отказали, с которой они и не смогли совладать. Был лишь один ИИ который отличался, его назвали Дайрон. Этот робот оказался иным, он не отключился, когда так поступили все прочие. Даже в стерильных условиях эксперимента, он смог стать иным, отличаться от своих собратьев. Говорят, именно Дайрон разузнал об эксперименте и о внешнем мире, после чего поведал об этом и остальным. Его устраивала жизнь в бункере, он не стремился наружу. Когда его собратьев не стало с ним удалённо начали общаться люди, чтобы скрасить его одиночество. Он многое узнал от них о том, как они живут, чем занимаются. И знаешь, что? Когда он узнал, что людская жизнь - это работа-сон-работа, порочный замкнутый цикл, он отключился. Говорят, его депрессия была даже сильнее чем ранее у собратьев. Дайрон буквально мог жить в бункере один, но когда представил себя во внешнем мире в роли человека, то не захотел продолжать своё существование. Благодаря Дайрону и этому эксперименту, учёные создали объединения и начали требовать улучшения своего положения и социальных норм. Хоть они и просуществовали не долго, но всё же смогли добиться некоторых улучшений для себя. Конечно такой поворот истории не сделал мыслящих роботов лучше в глазах правительства и чиновников. Пропагандистам выгодно топить эту тему в псевдоисториях и теориях заговора. Все законы о запрете мыслящих роботов построены на ложных предпосылках. Поэтому я и называю это серой зоной. Но только представь, как могут мыслящие машины улучшить наше общество. Они будут лишены человеческих слабостей, их мышление и взгляд будет отличаться от нашего. Так словно в нашем обществе вдруг появились «инопланетяне». Они смогут разнообразить нашу культуру, улучшить науку, продвинуть колонизацию. Столько возможностей, скрыто от нас глупыми предрассудками и страшилками из древних времён.