С этими словами дознаватель подвинул планшет в ту сторону где уже лежала его панель, с которой он пришёл в самом начале, а второй вернул Артуру.
– Что же, Артур. Теперь, когда мы познакомились поближе, и нашли общий язык, а Вы смогли стать искренним. Я бы хотел перейти к главному вопросу. Из-за которого Вы здесь и оказались. Начну, пожалуй, из далека, чтобы между нами не осталось неясности. Ваша история кажется мне замечательной, но я вижу в ней не состыковки, дыры если позволите. Я вижу, что Вы нечто такое скрываете, но справедливости ради все что-то скрывают. Моя работа в данном случае, не столько узнать все Ваши тайны, сколько понять не опасны ли они. Артур. Вы очень умны для своих лет, я за свою карьеру повидал не мало мошенников и аферистов, многие из них, если не все, пытались водить меня за нос, а удалось это едва ли хоть кому-то. Но Вы кажетесь мне опасным, в столь юном возрасте, Вы так искусно манипулируете фактами, боюсь даже представить, что ждёт моих коллег в будущем если им придётся иметь с Вами дело, когда Вы повзрослеете и, если вы решите встать на не самый праведный путь. Это всё играет не в Вашу пользу Артур. Мне сложно назвать такого человека не опасным для общества. Поэтому честность и искренность очень важна в нашем следующем вопросе, я бы даже сказал она решит Вашу судьбу.
Дознаватель сделал паузу, доставая новую капсулу и запивая её водой. В этот раз он не стал уходить, и Артур видел, как через несколько минут его глаза пошли небольшой рябью, как зрачки расширились и снова сузились, как лёгкие мурашки пробежали по каждому нервному окончанию его лица, а глаза стали словно чуть светлее.
– И так, Артур. Вот он Ваш судьбоносный вопрос. Ваше маленькое и технически отстающее общество смогло отравить сообщение в Империю Солнца, но каким образом вы сделали это так, что оно преодолело дистанцию между нашими звёздными системами меньше чем за один час? Прошу Вас избежать уже дважды слышанной мной коротко версии этих событий, и ответить, по существу максимально честно. Можете не спешить, это важный вопрос, подумайте хорошенько над ответом.
Артур видел пристальный взгляд дознавателя, в мире не было укрытия от этого всепоглощающего внимания, словно глаза человека напротив могли бы увидеть даже его будущее. Оба раза он рассказал ему короткую версию истории с отправкой сигнала, которая ловко огибала момент с временем отправки и временем получения, точнее она вообще не предусматривала того что Артур знает о сроках его получения, отправил и отправил, откуда ему знать, когда они его получили. Кнайт предупреждал что именно этот момент станет краеугольным камнем, и поэтому эта дыра в истории была продуманной ловушкой, то что должно было стянуть на себя всё внимание. Огромный красный вихрь, закручивающийся вдоль экватора на планете позади дознавателя, притянул к себе взгляд Артура, и он подумал, что это хорошая аналогия, сидящий перед ним человек думал, что Артур ещё юн, недооценил его, и угодил в расставленный капкан. Наверное, он был прав, Артур и правда был опасен для их мира и общества. Интересно чтобы дознаватель сделал, знай он всю правду, оставил бы он Артура в живых, сохранил бы свою цивилизованность, проявил бы милосердие или превратил жизнь Артура и Кнайта в страшный сон из череды бесконечных лабораторных экспериментов.
– Наша планета, Гея. Живая. Это она смогла перехватить сигнал и усилить его, наверное, даже не усилить, а изменить. И я честно говоря не знаю, как она это сделала, или даже что именно она сделала.
Ловушка захлопнулась. Артур говорил чистую правду. Никто не знал сил и способностей Геи, всё случившиеся и самого его оставляло в глубоком неведении. Дознаватель пристально смотрел за ним, когда он отвечал, и ещё несколько секунд после того как он закончил, на его лице не отразилось ничего.
– Живая, как я и Вы, или живая в образном плане как объект, на котором есть жизнь?
– Я точно не знаю – Вновь честно признался Артур. – Я никогда не слышал её голоса сам, но местные жители слышат её, и могут говорить с ней. Они утверждают, что она не просто живая, как я и Вы, в Вашем примере… Но куда более живая. Думаю, у нас с Вами нет подходящей аналогии. Они передавали мне её слова, когда это было необходимо, но сам я не способен оценить чего-то подобного. Однако я верю, что она действительно живая, в полном смысле этого слова.
Если дознаватель и был удивлён, то ничем не выдал этого, кажется ему вообще было всё равно что говорит Артур, его волновало то, как, говорит Артур.