Поскольку никто не ответил, Доктор продолжал:
– Если бы даже жители этой планеты были созданы в ретортах или появились на свет при еще более неестественных обстоятельствах, я вижу только три возможных типа поведения: попытки установления контакта с пришельцами, попытки напасть на них либо паника. Оказалось, однако, что возможен четвертый тип – полное безразличие!
– Ты же сам говорил, что вам чуть ребра не поломали, и это ты называешь безразличием? – воскликнул Кибернетик.
Химик слушал Доктора с горящими глазами.
– Если бы ты оказался на пути стада, убегающего от пожара, оно могло бы обойтись с тобой еще хуже, но из этого не следует, что стадо обращает на тебя внимание, – ответил Доктор. – Говорю вам, толпа, в которую мы попали, вообще нас не видела! Она не интересовалась нами! Была охвачена паникой, согласен, но мы тут ни при чем. Она натолкнулась на нас совершенно случайно. Конечно, мы с самого начала были уверены, что именно из-за нашего появления погас свет, наступил хаос, словом, произошли все эти события. Но мы ошибались. Все было по-другому.
– Докажи, – сказал Инженер.
– Сначала я хотел бы услышать, что скажет мой спутник, – ответил Доктор, глядя на Химика.
Тот сидел в каком-то странном состоянии, беззвучно шевеля губами, словно говорил про себя. От неожиданности Химик вздрогнул.
– Да, – сказал он. – Значит, так. Да. Все время до этого самого момента что-то меня мучило, не давало покоя, я чувствовал, что там был какой-то сдвиг, какое-то недоразумение или, как бы это сказать… да, как если бы я читал перепутанный текст и не мог уловить, где предложения переставлены. Теперь все встало на свои места. Все происходило так, как он говорит. Боюсь, что мы этого не докажем, это невозможно доказать. Нужно было побывать там, в той толпе. Они вообще не видели нас… разумеется, за исключением нескольких ближайших. Но именно те, которые меня окружали, не поддавались общей панике. Я бы сказал, совсем наоборот: мой вид действовал на них как бы отрезвляюще – пока они смотрели на меня, они были просто очень удивленными, чрезвычайно пораженными жителями планеты, которые увидели неизвестных существ. Они совсем не хотели сделать мне что-то плохое. Я даже припоминаю, что они помогали мне выбраться из давки, насколько это было возможно…
– А если эту толпу кто-то направлял против вас, если она играла роль загонщиков? – поинтересовался Инженер.
Химик отрицательно покачал головой.
– Там ведь ничего такого не было – никаких вращающихся дисков, никакой вооруженной охраны, никакой организации; был абсолютный хаос, и ничего больше. Да, – добавил он, – удивляюсь, что я только теперь понял это! Те, которые меня видели вблизи, как бы приходили в себя, а как безумно вели себя все остальные!
– Если все происходило так, как вы говорите, – вмешался Координатор, – это было достаточно странное стечение обстоятельств. Почему огни погасили именно в тот момент, когда мы туда приехали?
– Ага, теория вероятности, – сказал Доктор и добавил громче: – Я не видел бы в этом ничего необычного и высказал бы не лишенное основания предположение, что такие состояния возникают относительно часто.
– Какие состояния?
– Всеобъемлющей паники.
– И что ее может вызывать?
– Это могло бы быть отклонением в процессе развития цивилизации планеты, – нарушил общее молчание Кибернетик. – Период регрессивного развития; скажем, упрощая: цивилизацию разъедает что-то вроде… социального рака…
– Это очень туманно, – сказал Координатор. – Земля, как мы знаем, планета весьма обычная. На ней были эпохи регресса, целые цивилизации возникали и приходили в упадок, но, интегрируя тысячелетия, мы получаем картину усложнения жизни и усиления средств ее защиты. Мы называем это прогрессом. Прогресс осуществляется на средних планетах. Но существуют – в соответствии с законом больших чисел – и статистические отклонения от среднего, положительные и отрицательные. Не нужно обращаться к гипотезам о временной деградации, о движении назад. Быть может, недугов, сопутствующих возникновению цивилизации, здесь больше, чем где-либо в другом месте. Быть может, мы попали как раз на образец отрицательного отклонения.
– Математический демонизм, – буркнул Инженер.
– Но завод существует, – заметил Физик.
– Тот, первый – согласен; существование второго – гипотеза, которую не удастся защитить.
– Одним словом, нужна новая экспедиция, – сказал Химик.