На горизонте ничто не двигалось, везде было совершенно пусто, даже черные чаши, черточки которых до этого неясно выделялись на фоне далеких холмов, даже они исчезли! Только теперь люди заметили их отсутствие.
– Смотрите! – крикнул Физик.
Он протянул руку вперед. Но это произошло почти одновременно со всех сторон. Можно было смотреть куда угодно и везде увидеть одно и то же.
Изрытая воронками почва вздрогнула, всколыхнулась. Везде, где упали снаряды, из нее полезло что-то сверкающее на солнце. Почти ровная, похожая на гребенку линия блестящих ростков, кое-где в четыре, иногда в пять, шесть рядов. Она вырастала так быстро, что, напрягая зрение, этот рост можно было заметить.
Кто-то с разгону выскочил из туннеля, понесся прямо к дуге зеркальных огоньков. Это был Кибернетик. Все закричали и бросились за ним.
– Я знаю! – кричал он. – Знаю!
Он упал на колени перед стекловидным многорядьем ростков. Они уже торчали из почвы на палец, у основания были толщиной в кулак. Возле каждого ростка легонько шевелился песок, в глубине что-то лихорадочно дрожало, копошилось, работало, шуршало, как будто одновременно пересыпались миллиарды мельчайших зернышек.
– Механические зародыши! – воскликнул Кибернетик.
Он пытался руками раскопать землю вокруг ближайшего ростка. У него ничего не получалось. Песок был горячий. Кибернетик отдернул руки. Кто-то сбегал за лопатами, все принялись копать так, что только комья грунта летели во все стороны. Заблестели длинные, спутавшиеся, словно корни, жилы зеркальной массы. Она была твердая, звенела от ударов лопат, как металл; когда яма достигла в глубину больше метра, люди попытались вырвать это странное образование, но оно даже не шевельнулось – настолько срослось с другими.
– Черный! – Хор голосов как будто вырвался из одной груди.
Автомат подбежал, разбрасывая ногами песок.
– Вырви это!
Цепкие захваты сомкнулись на толстых, как мужская рука, зеркальных жилах. Стальной торс напрягся. Люди увидели, как ступни автомата начинают медленно уходить в грунт. Еле слышный звук, словно до предела натянутой, вибрирующей струны, доносился из его корпуса. Он выпрямился, увязая.
– Отпусти! – крикнул Инженер.
Черный тяжело выбрался из ямы и застыл.
Люди тоже стояли неподвижно. Зеркальная живая изгородь достигла уже почти полуметровой высоты. Внизу, над самой поверхностью планеты, она постепенно наливалась более темным, молочно-голубым цветом, верх все еще рос.
– Вот так, – спокойно сказал Координатор.
– Да.
– Они хотят нас запереть?
Все промолчали.
– По-моему, это все-таки примитивно; в конце концов мы могли бы сейчас выйти, – сказал Кибернетик.
– Оставив ракету, – ответил Координатор. – Их разведка, наверное, как следует все рассмотрела. Обратите внимание – они пристрелялись почти точно по той борозде, которую прорыли их диски!
– Действительно!
– Неорганические зародыши, – сказал Кибернетик. Он уже успокоился и стирал с рук песок и глину. – Неорганические зерна – семена, понимаете? Они их высадили с помощью своей артиллерии.
– Это не металл, – сказал Химик. – Металл бы Черный согнул. Это что-то вроде супранита или керамит с упрочняющей обработкой.
– Да нет же – это просто песок! – воскликнул Кибернетик. – Не понимаешь? Неорганический метаболизм! Они с помощью катализа превращают песок в какую-то высокомолекулярную производную кремния и образуют из нее эти жилы, так же как растения вытягивают из земли соли.
– Ты думаешь? – сказал Химик. Он опустился на колени, потрогал лоснящуюся поверхность, поднял голову. – А если бы они попали на иной грунт? – спросил он.
– Приспособились бы. Я в этом уверен. Потому-то они такие дьявольски сложные – их задача образовать субстанцию максимально твердую и прочную из того, что есть в их распоряжении.
– Ну если только это. Защитник разгрызет. И не поломает себе зубов, – усмехнулся Инженер.
– А было ли это нападением на нас? – тихо произнес Доктор.
Все посмотрели на него с удивлением.
– А что это? Не нападение?
– Нет. Я бы сказал, скорее – попытка защититься. Они хотят нас изолировать.
– Ну так что? Мы должны сидеть и ждать, пока не окажемся, как червяки, под колпаком?