Среди деловых радиопереговоров между кораблями и, словно веселая искорка, в эфире порою проносилась остроумная шутка. Насмешил Гагарина разговор, услышанный на исходе второго дня группового полета.
— Ты уже поужинал? — поинтересовался «Сокол».
— Да, — ответил «Беркут», — а на дессерт пожевал ломтик воблы.
— Воблы? — удивился «Сокол». — Дай и мне пожевать…
— Подлетай поближе, так и быть поделюсь… — ответил «Беркут».
Утром 15 августа «Восток-3» и «Восток-4» приземлились там, где их ждали. Андриян Николаев пробыл в космосе 94 часа 22 минуты, за шестьдесят четыре витка вокруг Земли преодолел расстояние в 2 640000 километров. Павел Попович за 70 часов 57 минут космического рейса покрыл расстояние около 2 000 000 километров, сделав сорок восемь витков вокруг земного шара. Оба они стали первыми в мире «космическими миллионерами»!
С каким нетерпением ожидал Гагарин встречи с друзьями. В их первом беглом рассказе его поразили впечатления о звездном небе. Они видели в космосе значительно больше, чем видели он и Титов, на огромной высоте чувствовали бесконечные глубины мироздания.
— Что вы скажете о полете? — спросили Гагарина корреспонденты.
— Это новый, еще более дерзкий вызов быстротекущему бегу времени, — ответил он.
Гагарин считал — Андрияну и Павлу повезло: они много раз наблюдали красавицу Луну во всем ее блеске. Она казалась им значительно ближе, чем звезды, и была больше похожа на шар, чем на диск. Космонавты рассказывали, что на ее сверкающей, выпуклой поверхности отчетливее, чем с Земли, виднелся рисунок лунного рельефа, напоминавший морозный узор.
Гагарина интересовало, как чувствовали себя Андриян и Павел, когда, отстегнув ремни, покидали пилотские кресла. Первое такое «свободное плавание» продолжалось около часа. По рассказу Николаева это было удивительно приятное, ни с чем не сравнимое состояние и тела, и души. Человек ничего не весил, ни на что не опирался и вместе с тем мог все делать. И мозг работал ясно, четко. И зрение, и слух — безукоризненны. Все видишь, слышишь, что передает Земля. Никаких расстройств вестибулярного аппарата не наблюдалось, и вегетативных отклонений тоже не было.
Юрий Алексеевич радовался. Его открытое лицо всегда отражало движения души.
Среди многих профессиональных замечаний, высказанных космонавтами, Гагарину запомнилась нарисованная ими красочная картина, которую они видели ночью. После того как была выполнена дневная программа наблюдений и исследований, перед тем как улечься спать, каждый поглядел во «взор» на черную бездну и увидел вспышки огня, бушевавшего далеко-далеко на Земле.
— Ты видишь? — спросил Андриян.
— Вижу, — ответил сосед — как ты думаешь, что это?
По массивным наковальням сгустившихся туч, высекая длинные искры, ожесточенно били молоты грозы. Зигзаги ослепительных молний то вспыхивали, то погасали. Что неистовствовало над океаном? Мощный тайфун, ураган, шторм или бешеные тропические ливни? Наверное, там сейчас все клокотало, свирепствовали ветры, и моряки, застигнутые непогодой, самоотверженно боролись с разбушевавшейся стихией. А на высоте более двухсот километров было спокойно и тихо, никакие силы не препятствовали плавному и в то же время стремительному движению двух, идущих близко друг от друга космических кораблей.
Полет Николаева и Поповича дал огромный материал для изучения многим специалистам. Нужно было продолжительное время для того, чтобы расшифровать показатели датчиков физиологических функций человеческого организма и сложной аппаратуры кораблей. И пока над итогами группового многосуточного рейса велась кропотливая, ювелирно-точная работа, началась подготовка к следующему полету. Планировался длительный совместный полет двух кораблей. На одном из них впервые должна была подняться в космос женщина. Юрий Алексеевич никогда не переоценивал силы и представлял все трудности задуманного.
Весной 1962 года Гагарин с товарищами встречал девушек, приехавших в Звездный городок. Это были спортсменки-парашютистки. Их познакомили с программой занятий, рассказали о задачах теоретической подготовки и практических тренировок, показали просторные светлые классы и лаборатории, оснащенные аппаратурой. На другой день в девичьей группе начались занятия. Расписание было жестким. Девушки усиленно постигали новые для них дисциплины: астрономию, геофизику, ракетную технику… Программа их подготовки так же, как и в мужской группе, много времени уделяла спорту. Дело пошло. Все они занимались спортом и сравнительно быстро начали выполнять гимнастические упражнения не хуже мужчин.