— Пожалуй, с моей службой тебе придется повременить, — добавил Энно. — Тело Первой нужно немедленно доставить в железную марку. Я займусь этим лично! Если островитяне научились менять облик не хуже притворщиков, то у нас большие проблемы!
Тут я с ним полностью согласен.
— И мне нужны все ее вещи, — добавил маг.
Мне оставалось только тяжело вздохнуть. Прощай трофейные, а значит мои, альвские артефакты. Компенсации от железного маркграфа не дождешься.
Задерживаться Суман Энно не стал. Наверное, это был самый краткий визит в Вольную марку в истории. Сколько там времени прошло? Час? Два? Ладно, я буду щедрым — пусть будет три. А он уже улетает обратно.
Правда, не с пустыми руками, а с весьма ценным открытием, которое может изменить многое.
Возможно, что оно может изменить все.
Вино было неплохим. Пожалуй, куда лучше, чем в Степном Страже. Из-за недавних событий, поставки в неофициальную столицу Вольной марки были ограничены, и это незамедлительно сказалось на качестве предлагаемых товаров.
Да и раньше, если честно, вино в Страже чаще всего было той еще непонятной бурдой, смешанной из того, что было под рукой. И неважно, какие этикетки украшали запечатанные бутылки, или какие печати стояли на бочках. Если ты не привез эту бутылку из империи лично, то тебя мог ждать далеко не самый приятный букет вкуса.
Страж располагался слишком далеко от единственного крупного порта марки. А через Пресное море такие банальные вещи как хорошая выпивка не тащили. Не говоря уже о том, чтобы возить ее на дирижаблях.
Так что все нужное везли из Серого Берега. И за время долгого, трудного пути это нужное всегда слегка «усыхало», «утрясалось», портилось, а потом еще и щедро разбавлялось. Что влияло не только на цену, но и на качество товаров.
Найти в Степном Страже неразбавленное вино — задача, близкая к подвигу! Эта было одной из причин, по которой капитан «Яростных когтей» Ранор Авитр не любил работать в столице. В Двух Мостах, благодаря большей близости к Серому Берегу, с этим было чуть лучше. Нет, вино тоже разбавляли, но это было не так заметно.
С балкона заведения, в котором капитан «Яростных когтей» вкушал обильный обед, открывался отличный вид на ущелье, прозванное Сухой рекой.
Некогда здесь действительно текла могучая река, уступавшая размерами разве что Владычице. Но теперь от Гнилых гор до моря Мунмар через пустошь тянулось лишь мертвое ущелье, только из уважения к былым заслугам прозванное рекой. Рваным шрамом пересекая Пепельные земли с востока на запад, ущелье служило южной границей Вольной марки.
Сухая река была неглубокой, для ущелья. Но при этом довольно широкой, с крутыми, отвесными склонами, красная глина которых под лучами безжалостного солнца давно уже затвердела до уровня кирпичной кладки.
Не зря Сухую реку называли природной крепостной стеной, разделившей Пепельные земли на две неравные части.
Северная, досталась людям и стала Вольной маркой. Ну а дальше на юг начинались совершенно дикие и неосвоенные земли. Многие старожилы именно их и считали настоящими Пепельными землями, а не Вольную марку, главные опасности которой давно уничтожены. Конечно, если не причислять к таковыми людей…
Две похожих на ветку акведука нитки моста, которые и дали название городу, тянулись через ущелье, упираясь на противоположном конце в небольшой форт — единственное постоянное поселение людей за Сухой рекой.
Наблюдая за тем, как по выстроенной не без помощи магов конструкции движутся несколько рыцарей, Ранор сделал еще один глоток недурственного вина. Очередной отряд уходил «за речку». Возможно, выполняя взятый контракт. А возможно и просто решив поправить финансовое состояние, поохотившись на местных тварей, плодящихся не хуже кроликов.
Приветственно кивнув вошедшему в ресторацию знакомому рыцарю, глава «Яростных когтей» вновь вернулся к своим ленивым размышлениям и созерцанию окрестностей.
Ранору Авитру неприятно было это признавать, но Гарн Вельк оказался совершенно прав. Этому мальчишке явно ворожат демоны, ибо никакие боги на такое неспособны. Из Степного Стража это было незаметно, но остальная марка все еще пыталась переварить новости о том, что теперь у нее есть собственный маркграф. И в Двух Мостах как нигде заметно, что Вольной марке грозит несварение, если не полное неприятие.
Устоявшаяся жизнь многих людей, долгосрочные планы — все летело в Сухую реку. Наемники, торговцы, чиновники — никто не знал, чего ждать дальше. Отличная почва, чтобы посеять ростки недовольства, взрастить колосья гнева и собрать урожай мятежа.