– Собирай, что потребно, Беломир, – вдруг повернувшись к парню, жёстко приказал Елисей. – Ежели на что денег не хватит, мне весточку подай. Привезу.
– Род с тобой, дядька. Неужто я побратиму денег не найду? – чуть вздрогнув, нашёлся парень. – Вон, с Векшей товары свои продадим, и будут деньги. Всё одно до торга ничего делать толком не станем. Только кирпич с черепицей выделывать.
– Спаси вас род, браты, – дрогнувшим голосом тихо выдохнул Григорий. – Прав ты, Елисей. во всём прав. Не должна кровь загинуть. Да только не встретил я покуда ту, с которой хотел бы детей завести. Уж прости. Сам знаешь, дано мне старую кровь чуять. Потому и говорю, нет такой пока.
– И не поспоришь, – удручённо вздохнул Елисей.
– Ты лучше на него глянь, – неожиданно добавил Григорий, кивая на парня. – Я ведь той ночью не просто так про Велеоку твою вспомнил.
Елисей тут же нахмурился, но чуть подумав, повернулся к Беломиру, глядя на него странным, расфокусированным взглядом. Потом, тряхнув головой, казак испустил долгий, мученический вздох и, тяжело оперевшись локтями на стол, глухо произнёс:
– Есть старая кровь. Хоть и мало, но есть. Выходит, не просто так его батюшка позвал. Да только рано пока Велеоке о женихах думать. Мала ещё. Лета два погодить надобно, чтобы и в возраст, и в силу вошла.
– Так и он не спешит, – тут же нашёлся Григорий.
– Э, казаки, вы чего это затеяли? – опасливо поинтересовался Беломир, совсем не желавший, чтобы такой вопрос решался без его участия.
– Старой крови воев всё меньше становится. А без неё и батюшку слышать не получится. А значит, не станет нас, и загинет уклад пращуров. Не должно так быть. Никак не должно, – наставительно отозвался Елисей. – Вот и сводим мы детей старой крови промеж себя, чтобы не потерять её совсем.
– Так ты ж сам сказал, что мало её у меня, – тут же напомнил Беломир, мысленно прикидывая, как бы спрыгнуть с этой темы вообще.
Не понимал он, что это такое жить с кем-то одной семьёй. Не знал и не понимал. Да, иногда хотелось, чтобы рядом был кто-то близкий, но что это такое на самом деле, даже не представлял.
– Мало, но есть, – вдруг упёрся Елисей. – А раз уж тебя сам батюшка отметил, то и говорить не о чем. Выходит, нужен ты ему. Зачем, дело десятое. Про то только ему одному ведомо. А наше дело даже ту толику, что в тебе есть, сохранить.
– Я что-то не пойму, вы казаки или бабки повивальные? – не удержавшись, съехидничал парень.
– От дурень, – фыркнул Григорий. – Старшины мы. По делу воинскому старшины, и потому, для сохранения воинства Перунова, должны кровь старую сохранить.
– А я думал, что старшины воинские первым делом мастерство воинское сохраняют, – не удержался Беломир от очередной шпильки.
– А как без него? – развёл Елисей руками. – Думаешь, с чего я тебя просил научить так ножи кидать?
– Вот к слову, – хлопнул парень себя ладонью по лбу.
Вскочив, он быстрым шагом прошёл в дом и, вынеся свою перевязь с ножами, жестом позвал казаков за собой. Быстро переглянувшись, оба бойца молча поднялись и направились следом. Набросив перевязь на себя, Беломир жестом указал им на свою мишень, висевшую шагах в десяти от него, и принялся быстрыми движениями вынимать ножи левой рукой, чтобы правой тут же отправить их в цель. Четыре секунды, по внутреннему таймеру парня, и все ножи оказались в мишени.
– Ловко, – одобрительно кивнул Лютый.
– Надевай на себя, – скомандовал Беломир, протягивая ему перевязь. – Видел, как у меня висела, и так же надень.
Пока казак разбирался со сбруей, он успел дойти до мишени и собрать все клинки. Вернувшись обратно, он сам разложил все ножи по местам и, окинув казака внимательным взглядом, попросил:
– Левую руку на рукоять верхнего ножа положи. Ага, высоко, – кивнул парень и принялся увеличивать длину ремня. – Теперь попробуй… Добре. Сам как слышишь? Удобно нож достать?
– Ловко, – с интересом оглядывая обвес, кивнул Елисей.
– Теперь бери его в руку и примерься. Услышь, как он в ладони лежит. Мишень видишь? Кидай.
Плавно отведя руку над плечом, казак примерился и одним резким движением отправил клинок в полёт. К его огромному изумлению, нож, сверкнув серебристой рыбкой, улетел мимо мишени, упав где-то в траве.
– От оно как, – растерянно хмыкнул Елисей. – С наскоку тут и не враз получится.