Проводив задиру взглядом, Беломир не торопясь вложил клинок в ножны и, чуть пожав плечами, проворчал:
– И зачем было себе врагов наживать? Ведь по правде дело сладили.
– Он не из-за денег злится, – вздохнул воин. – Урусы его отца и брата убили. Мести хочет.
– В набеге убили? – осторожно уточнил Беломир.
– Да. Так было.
– Тогда злиться ещё глупее, – пожал парень плечами. – Они в набег пошли, их победили. Это бой был. Тут, кому удача улыбнулась, тот и жив.
– Верно сказал. В бою удача нужна, – одобрительно кивнул горец. – Езжай. Он больше не придёт. Не бойся.
– Я и не боюсь. Плётку срубил, могу и голову срубить. Поверь, даже пешим я в бою ему не уступлю, – жёстко отозвался Беломир и, чуть склонив голову, как старшему, зашагал к остановившейся на дороге телеге. Родомил, поравнявшись с весело тарахтящим транспортом, задумчиво подкрутил ус и, повернувшись к парню, спросил:
– Вот к чему ты меня уговорил? Ехали б они себе на торг, а мы бы и горя не знали.
– А у нас его и так нет. Дело сладили, серебром разжились, чего тебе ещё надобно? – усмехнулся парень.
– А ежели б он меня хлестнуть успел? По глотке ведь целил, пёс. Таким ударом и дух вышибить можно.
– Потому я ему плеть и срубил, – пожал Беломир плечами.
– Благодарствуй, – вздохнул казак. – Да только ты главного не сказываешь.
– Да просто тут всё, дядька. Раз им хлебушек наш так потребен стал, значит, недород у них. Вот и торопятся, чтобы семьи накормить. А станем время терять, да в торге отказывать, горцы ещё сильнее озлятся. Сам подумай. Одно дело, когда просто набег или ещё замятня какая, и совсем другое, когда бабы да детишки с голоду мрут.
– А ведь и верно. Редко так бывает, чтобы они хлеб до торга перенять старались. Это выходит, что и серебра у них мало?
– За то ничего не скажу. Не ведаю, – ушёл парень в глухой отказ.
Не спеша прохаживаясь по рядам, приятели с интересом рассматривали выставленные купцами товары, то и дело прицениваясь и щупая понравившуюся вещь. Беломир, пользуясь случаем, решил пополнить свои запасы тканей для исподнего и просто одежды. Простые ткани быстро изнашивались, так что вопрос одежды был весьма актуален. Купив полштуки шёлка на исподнее и рубашки, парень уже собрался возвращаться к своему каравану, когда приметил на прилавке странное зеркало.
Не удержавшись, парень подошёл поближе и принялся с интересом разглядывать узорчатую рамку, которая обрамляла серебристое полотно.
– Ты чего, друже? – подойдя, удивлённо загудел Векша.
– Вон, товар рассматриваю, – кивнул Беломир на зеркало.
– Зерцало? А к чему тебе? – озадачился кузнец.
– А ты Верее своей не хочешь?
– Думал, да только дорого встанет, – чуть скривившись, вздохнул гигант. – Оно ведь серебром взято.
– Ой дурак! – едва не взвыл Беломир в голос, с трудом сдержавшись, чтобы не треснуть себя кулаком по лбу.
– А то серебро, что на монеты идёт, для такого подходит? – быстро уточнил он, кивая на зеркало.
– Не, его чистить надобно, – уверенно заявил кузнец.
– А ты знаешь как? – не унимался парень.
– То не трудно, – отмахнулся Векша, настороженно разглядывая приятеля. – Ты чего задумал? – не удержавшись, поинтересовался он.
– На что серебро лучше ложится? На медь или на латунь? – спросил Беломир, не отвечая на вопрос.
– На латунь лучше, – уверенно заявил кузнец. – Особливо ежели её прежде обработать правильно.
– И ты знаешь, как и что для этого потребно? – не унимался парень.
– Да знаю, конечно. Ты ответь, что делать решил, – едва не в полный голос загудел Векша.
– Пошли латунь покупать, – скомандовал Беломир, хватая его за рукав.
Так и не сообразивший, что происходит, кузнец покорно последовал за ним, явно сгорая от любопытства. Векша давно уже понял, что просто так парень вопросов не задаёт, но если пристал вот так, то следом обязательно будет что-то интересное. Беломир закупил несколько увесистых брусков нужного металла, даже толком не торгуясь, и, закинув мешок на плечо, весело усмехнулся:
– Ну, друже, считай, что мы теперь богачи.
– Это с чего бы? – снова не понял Векша.
– Зеркала с тобой делать станем. Всякие. Чтобы и на стену повесить можно было, и на стол поставить, и просто при себе носить. Главное, формы для отливки рамок красивые сделать. Эх, нам бы с тобой художника толкового найти…
– Кого? – тут же спросил Векша, понимающе кивая.
– Человека, который добре рисовать умеет. Ну, картинки всякие, навроде лубков, – принялся пояснять Беломир, сообразив, что снова прокололся.