– Всё верно сказал, – одобрительно кивнул Григорий. – Сегодня гляну, сколько у них воев имеется, а дальше станем с тобой за ними приглядывать, и как весь род соберётся, так и налетим.
– А мне что делать? – подобрался Беломир.
– Ты с самострелом своим тут оставайся. И ежели кто меня приметит, бей не думая.
– Стрелу заметят, снимутся, – вздохнул парень.
– За то покоен будь. Не приметят, – хищно усмехнулся казак, бесшумно исчезая в темноте.
Сумерки быстро сменялись ночной темнотой. Лёжа на гребне холма, Беломир, мысленно воззвав к пращуру и получив активированное ночное зрение, с интересом наблюдал за напарником. Отправив парня на холм, Серко обошёл его по подножию и, зайдя в какие-то чахлые кусты, принялся раздеваться. Оставшись абсолютно голым, казак воткнул в землю кинжал рукоятью вниз и, отступив на несколько шагов, прижал к губам громовую стрелу.
Потом, коротко разбежавшись, Григорий сделал сальто через клинок и опустился на землю на четвереньки. Внимательно наблюдая за ним, Беломир не сразу понял, что с напарником что-то происходит. Стоя на четвереньках, казак то и дело выгибался всем телом, словно в судорогах. Потом, растянувшись на животе, он свернулся калачиком и на несколько минут замер. Над головой Беломира громко свистнула какая-то птица, и парень на секунду отвлёкся. А когда снова перевёл взгляд на напарника, в кустах, вместо казака, стоял громадный волк.
Встряхнувшись, могучая зверюга вышла из кустов и, обведя степь долгим взглядом, повернулась к вершине холма, на котором лежал Беломир. Парень всей кожей почувствовал этот взгляд. Так жутко ему не было даже в тот момент, когда духи закрыли их колонну и принялись садить по машинам из гранатомётов. Хотелось просто вскочить и бежать. Без оглядки. Бежать так, чтобы подошвы у сапог отрывались.
Прикрыв глаза, Беломир закусил костяшку большого пальца и, судорожно вздохнув, мысленно произнёс: «Пращур, дай силы».
Вместо ответа, наконечник стрелы у него на груди вдруг начал нагреваться, и от этой точки по всему телу начало разливаться тепло, заставившее накативший ужас отступить. Тряхнув головой, Беломир открыл глаза и принялся высматривать зверя. Но его уже и след простыл. Отдышавшись, парень уронил голову на сгиб локтя и, сглотнув пересохшим ртом, еле слышно проворчал:
– Выходит, это не сказка. Твою мать! Расскажи кому, не поверят. Скажут, с пьяных глаз померещилось. Но ведь я это видел. Как так?
– Перуново воинство всякое умеет, – раздалось у него в голове, и Беломир невольно вздрогнул.
– Ладно. После разберёмся, – мысленно буркнул он и, вспомнив, для чего именно его сюда звали, подхватил отложенный арбалет.
Его задача – прикрыть напарника во время проведения разведки лагеря противника. Остальное можно будет обсудить позже. Появление у кибиток огромного волчьего силуэта заставило парня вздрогнуть и еле слышно выругаться. Могучий зверь бесшумной тенью скользил мимо повозок, то и дело обнюхивая их. Наконец, сделав круг по стойбищу, волк вышел в степь и снова исчез. Решив рассмотреть всё до самого конца, Беломир тут же уставился в кусты, где казак оставил одежду и кинжал.
Откуда именно появился зверь, парень не понял, но волк, коротко разбежавшись, снова кувыркнулся в воздухе и, упав на лапы, опустился на брюхо. Тело зверя конвульсивно задёргалось, и спустя пару минут в кустах встал крепкий, поджарый, мускулистый абсолютно голый мужчина. Быстро одевшись, Григорий забрал свой кинжал и, сунув его в ножны, двинулся в обход холма. Минут через десять рядом с парнем лежал Григорий. Усталый, взъерошенный, но с довольной усмешкой на губах.
– Что там? – тихо спросил Беломир, кивая в сторону стойбища.
– Как мы и решили, – усмехнулся казак. – Не весь род собрался. В каждой кибитке по три-четыре человека, но молодых мужчин мало. Старики, недоросли, бабы, дети, а вот воев мало.
– Выходит, снова ждать? – уточнил парень.
– Ништо. Нам спешить некуда, – зло усмехнулся Григорий. – Ладно, друже. Обратно пошли.
Напарники отползли от гребня и, поднявшись, не спеша зашагали в свой лагерь. Не доходя бивака, Григорий свернул к роднику, и присев на корточки, напился, черпая воду ладонью.
– Узнал, что хотел? – вдруг провернулся он к парню.
– Угу, – кивнул Беломир, даже не спрашивая, о чём речь. И так всё ясно было.
– Веришь теперь?
– Трудно не верить в то, что своими глазами увидел.
– Молчи про то, – вздохнув, попросил казак. – Про меня и так баек ходит столько, что слушать устанешь. Сам знаешь, и ладно. А остальным ни к чему. Уговор?