– Потому и учиться решил? – уточнил Беломир, чуть кивнув.
– Верно. Глянул сам, как ты ловко голыми руками против оружного встаёшь, и решил тому сам научиться, – спокойно кивнул казак. – Добрая наука. Нам тут такая ещё не раз пригодится.
– Это верно, – задумчиво кивнул парень, про себя прикидывая, как ещё можно усложнить жизнь возможному противнику.
Их разговор прервал стук в дверь. Беломир, приведя напарника к себе, занавесил окна грубой холстиной, а дверь закрыл на крюк. Комнату освещала тонкая лучина, дававшая мало света. Но, похоже, кто-то всё-таки сумел разглядеть её отсвет. Поднявшись, парень отворил дверь и с мрачным видом встретил на пороге трёх старшин станицы. Едва наткнувшись на его жёсткий взгляд, мужчины несколько стушевались и, быстро переглянувшись, аккуратно вытолкнули вперёд самого старшего.
– Дозволишь ли войти, хозяин? – огладив бороду, осторожно спросил старик.
– Гость в дом, бог в дом. Вроде так горцы говорят, – ответил Беломир, отступая в сторону и мысленно матеря себя за длинный язык.
– Есть у них такая пословица, – кивнул старшина, переступая порог. – Мир дому сему, – добавил он, кланяясь огню.
Вошедшие расселись у стола и вопросительно уставились на продолжавшего жевать Серко. Проглотив очередной кусок, казак ответил им жёстким, дерзким взглядом, заставив каждого отвернуться. Беломир, которому это противостояние было не интересно, наполнил из ведра чайник и, вздув в печи огонь, поставил кипятиться воду для чая. После еды Григорию всё равно пить захочется, да и ему самому не помешает горло промочить. Похоже, разговоров этой ночью будет гораздо больше, чем они планировали с напарником.
– Не послушал нас, значит, – нарушив молчание, тихо произнёс глава старшин.
– А вы чего ждали? – глухо зарычал Григорий. – Думаете, получится в стане отсидеться? Нет, други, не получится. Силу степняки собрали серьёзную и ежели разом навалятся, не устоять нам. Задавят.
– И что делать? – угрюмо поинтересовался старейшина.
Для простоты Беломир решил называть его пока так. В любом случае этот мужик по возрасту был самым старшим из всей троицы.
– Вот, сидим с дружкой, думаем, – кивнул Серко на парня. – Есть у него мысли дельные, да только вдвоём нам не управиться. Тут всем станичникам впрягаться надобно.
– Ты скажи, Гриша, что делать-то надобно, а мы уж подсобим, – махнув рукой, попросил старейшина.
– Завтра нарисую и пергамент тот Григорию отдам, – коротко ответил Беломир, решив вмешаться, чтобы прервать всякие взаимные обвинения. – И народу объявить надобно, чтобы всё старое железо в кузню сносили. В этом деле нам любое лыко в строку.
– Добре, всё сполним, – устало вздохнул старейшина.
Старательно выцелив очередного всадника, Беломир плавно нажал на крючок, и степняк, всплеснув руками, вывалился из седла. На станицу пытались налететь ранним утром, но секреты и сторожа не спали. Из полусотни всадников от рогаток смогли уйти примерно сорок рыл. Рёв рога поднял станицу, и казаки, вооружившись по уши, ринулись к месту нападения. И вот теперь все, кто мог держать оружие, делали всё, чтобы заставить татар отойти.
Обитателям станицы повезло, что степняки не стали торопиться и шли в набег на горцев, словно кочевали на новые пастбища. Не спеша, с расстановкой и перерывами. Это противоречило всему, что о них читал и слышал Беломир, но это было. Как, почему и отчего, парень не понимал, но вынужден был признать, что стремительные набеги степняков далеко не всё, что знали о них историки.
Впрочем, сейчас ему было не до анализа и сравнительных выводов. Главное, башкой стрелу не словить. Тело отлично защищала кольчуга, которую он не поленился надеть перед боем, за что теперь мысленно хвалил себя на все лады. Уже дважды его доставали, но всё обошлось. Стрелы били на излёте, так что особого ущерба организму не случилось. Неприятно, конечно, но не смертельно. А вот голову приходилось беречь старательно. И не потому, что он привык в неё есть, а потому, что даже на излёте стрелы всё равно имели достаточную скорость, чтобы проломить череп.
Устроившись за большим валуном, парень пережидал ответную стрельбу, а после, поднявшись, отвечал очередным результативным выстрелом. Его болты с узкими наконечниками пробивали степняков почти насквозь. Даже несмотря на серьёзное расстояние. На что вообще рассчитывали эти бойцы, Беломир не понимал. Вертясь на дороге на своих косматых коньках, татары осыпали околицу станицы стрелами, при этом даже не пытаясь растащить тяжёлые рогатки.