Сил на сооружение этого препятствия казаки не пожалели. Каждая рогатка состояла из толстого бревна, к которому были приколочены заточенные колья, толщиной примерно с руку среднего человека. И перерубишь не сразу, и вес серьёзный. Все заграждения делались из сырой древесины. В лес татары не уходили из-за густого подлеска. Кусты орешника и кизила были густыми, а ветки у них были весьма жёсткими и упругими. В общем, это была самое настоящее препятствие для лошадей.
Как оказалось, кусты эти высаживали ещё те, кто решил основать в этих местах станицу. Из самого простого и меркантильного соображения. Чтобы за орехом и ягодами кизила далеко не ходить. В сезон детвора облепляла эти посадки, принося домой добычу в товарных количествах. И вот теперь они оказались очень кстати. Всадив очередной болт в грудь степному воину, Беломир сменил позицию, решив перебраться поближе к загородке.
Татары, не выдержав ответного огня, начали медленно, словно нехотя отходить. Кто именно были эти полсотни воинов, никто так толком и не понял. То ли фуражиры, то ли квартирьеры, а то ли просто разбойники, было не понять. Во всяком случае, никаких требований они не выдвигали. Наложив на ложе очередной болт, Беломир пальцами пробежался по оперению оставшихся припасов и мысленно скривился. Из полусотни тяжёлых металлических болтов осталось только пятнадцать.
Само собой, добыча ему должна была достаться серьёзная, но уже пущенные в ход болты ещё предстояло вынуть из тел и отчистить от крови. А бой пока заканчиваться не собирался. Отойдя, степняки снова взялись за луки.
– Да когда ж вы уймётесь?! – тихо возмутился Беломир, глядя на этот бессмысленный расход боеприпаса со стороны противника. – Мёдом вам тут намазано, что ли?
– Как тут, друже? – раздался тихий голос и рядом с парнем присел Григорий.
– Хреново, – фыркнул парень, продолжая наблюдать за противником. – Никак в толк не возьму, чего они этой стрельбой добиться хотят. Глупо это, вот так, в белый свет стрелы бросать.
– Не скажи, друже, – присмотревшись, мрачно усмехнулся казак. – Они той стрельбой нас от главного отвлекают. Хотят мёртвых своих забрать. Вон, глянь. Видишь, спешиваться начали.
– Ага, – зло выдохнул парень, прижимая арбалет к плечу.
Один из воинов, сунувшихся к лежащим на дороге телам, получив болт в грудь, крутнулся вокруг своей оси и ничком рухнул в пыль. В три движения приведя оружие в боевое состояние, Беломир снял ещё одного эвакуаторщика и, снова зарядив арбалет, начал высматривать только пеших воинов. Терять собственный доход он не планировал, припомнив пословицу ещё своего времени. Казаки войной живут, с войны кормятся. Так что отдавать добычу парень не собирался.
Сообразив, что их хитрость раскрыта, степняки принялись выкрикивать что-то. Понимая, что это вовсе не здравицы в его честь, Беломир зло усмехнулся и, сместившись, снова выстрелил, дотянувшись до ещё одного всадника. А вот дальше случилось то, чего парень никак не ожидал. На середину улицы, к воротам околицы, казаки выкатили что-то странное и, быстро наведя эту штуку на противника, поднесли к её задней части фитиль. Пыхнуло, зашипело, рявкнуло, и улицу заволокло серым дымом.
– Это что? Тюфяк? – растерянно повернулся Беломир к напарнику.
– Он самый и есть, – с довольным видом кивнул казак.
Дым рассеялся, и парень с интересом рассмотрел, что от крутившихся на дороге трёх десятков степняков осталось едва половина. Остальные, нахлёстывая коней, неслись от станицы куда подальше. В том месте, где их застал выстрел, на земле билось несколько раненых коней и стонали с десяток степняков. Убедившись, что противник скрылся, казаки отправились собирать добычу и наводить порядок. Оставлять такую кучу трупов у станицы – самим себе горя искать. В местном климате, так и до эпидемии недалеко.
Обойдя рогатки, Беломир подобрался к своим крестникам и занялся самым приятным делом. Сбором трофеев. Отличить свою добычу от чужой было просто. В каждом его теле торчал его болт. Так что начинал парень именно с них. С железом в этих местах было сложно, так что терять боеприпасы ему не хотелось совсем. Глядя на его неторопливые, методичные действия, стоявший рядом Григорий только одобрительно хмыкал. Сам казак в момент нападения вынужден был держать оборону на другой дороге.
На всю станицу только они двое умели правильно обращаться с арбалетами, так что пришлось разделиться. Но станице в очередной раз повезло. Нападение происходило в одном месте. Потому и решился казак к концу боя оставить свой пост и лично посмотреть, что тут происходит. Снимая с тел сапоги, Беломир тщательно проверял их на предмет добычи и, убедившись, что там пусто, просто бросал обувь на землю.