– Так он же знать будет! – ахнула женщина.
– Он с первого дня знал, – отмахнулся Беломир. – Уж не знаю, как у него так получается, но Гриша, едва в дом войдя, сразу сказал, кто тут у меня ночевал.
– Верно про него бают, чалкун, – насупившись, глухо пробурчала Любава.
– Характерник он, милая, – вздохнул парень. – Не журись. Гриша слово дал, что молчать про то будет. У тебя-то тут как? – сменил он тему.
– Живы, – пожала Любава плечами.
– В хозяйстве всего вдосталь? – не унимался Беломир.
– Всего вроде, – насторожилась Любава. – А ты с чего спрашиваешь?
– Я трофеев добре взял, хочу тебе коня одного отдать. Возьмёшь?
– Ежели только после его на корову сменять, – озадачилась женщина. – Коровка, она в хозяйстве куда нужнее. Девки-то малые ещё.
– Добре, меняй, – тут же кивнул парень. – Коня тебе сам выберу. А лучше не корову, а буйволицу ищи. Они молока больше дают.
– Буйволицу на коня не сменяют. Она дороже стоит, – подумав, качнула женщина головой.
– Узнай, сколько денег сверху захотят. Я дам, – тут же заявил Беломир, чуть улыбнувшись и ласково поцеловав любовницу.
– Благодарствуй, любый, – жарко выдохнула женщина. – Как стемнеет, ждать стану. В дверь не стучи. Сразу в горницу ступай.
– Буду, – тихо пообещал парень, уже мысленно представляя, как это будет.
Любава была женщиной темпераментной и горячей, так что жаркая ночь была ему обеспечена. Проводив её до дверей, Беломир вернулся к делам. Быстро вытряхнув из перемётных сумок всё содержимое, он затопил свою баню и принялся готовить ужин. Сбегав на подворье Серко, он убедился, что там всё в порядке и гостьям ничего особого не требуется, парень вернулся к себе и принялся наводить хоть какой-то порядок.
Григорий появился, когда уже начало темнеть. Усталый, злой и явно готовый послать любого куда подальше. Похоже, старшины умудрились довести его до белого каления. Бросив на напарника один внимательный взгляд, Беломир с ходу всё понял и молча указал ему на приготовленное для бани исподнее. Всё нужное он забрал из дома казака. Тот сам объяснил, где что лежит, уходя на доклад. Благодарно кивнув, Григорий прихватил свёрток и отправился париться.
Сам Беломир успел отмыться. Сообразив, что разговор со старшинами затянулся, он решил не дожидаться Серко и занялся собой.
Задумчиво жуя приготовленный парнем ужин, Григорий то и дело тяжело вздыхал, словно никак не мог решить, с чего начать разговор.
– Чего там старшины решили, дядька? – решился нарушить тишину парень.
– Да ну их к бесу лысому. Пни старые, – вдруг вызверился казак. – Им те девки стали страшнее орды татарской.
– С чего вдруг? – не понял Беломир.
– Они дщери княжьи, и горцы за них кого угодно рвать станут, – вздохнул казак. – А мы их в стан привезли.
– А что, надобно было в степи бросить? – иронично поинтересовался парень. – Степняки их скрали, мы вызволили и в стан привезли. Теперь они в дому твоём одни сидят. Так в чём беда? От нас урону чести их нет.
– Это ты старшинам объясни, – фыркнул Григорий. – Упёрлись, свези обратно, да свези обратно. А что теперь в предгорьях татар как собак нерезаных, и слышать не хотят.
– Так чего они боятся? – так и не услышал Беломир главного.
– Что горцы решат, будто это мы княжон скрали, – отмахнулся Григорий.
– Дурь, – фыркнул парень в ответ. – Горцы, мыслю, и сами уж точно знают, кто девок скрал и куда подался. Ты весточку князю тому послать можешь?
– Самому сбегать придётся, – подумав, нехотя признался казак.
– А отца их ты добре знаешь? – не унимался Беломир.
– Случилось раз хлеб с ним преломить, – обтекаемо отозвался Григорий.
– То славно, – кивнул парень, вовремя вспомнив, что горцы с врагом ни куска хлеба, ни глотка воды не разделят. – Он читать по-нашему разумеет?
– Не знаю, – удивился казак. – А к чему это?
– Письмо ему написать надобно. Тогда, обернувшись, тебе нужно будет только то письмо снести и обратно вернуться. Волком-то ты мимо татар всяко тише пробежишь. Даже ежели там замятня какая. А я провожу да встречу.
– Добре придумано, – помолчав, одобрительно кивнул казак. – Только мне прежде передохнуть надобно, да поесть впрок. Иначе сил мало будет.
– Вон, в подпол лезь да ешь, сколько надо, – отмахнулся парень, указывая на крышку люка. – А я пока пергамента да перо добуду.
– Завтра сам принесу, – усмехнулся казак. – В дому всё имеется. Теперь главное, чтобы письмо то кто из присных княжеских прочесть смог.
– Ну, горцы вроде люди не глупые, и грамоте всякой разумеют, – пожал Беломир плечами. – Мне так прежде сказывали, – добавил он на всякий случай. – Уж купцы-то у них свои имеются. А те без грамоты и дела вести не смогут.