Оставив Векшу торговать простым товаром, Беломир прихватил зеркала и украшения и отправился к знакомому купцу. Проходя по базару, парень с интересом рассматривал выставленный товар, старательно запоминая, у кого имеется то, что ему нужно. А нужны ему были железо, сталь, бронза, латунь, листовая медь и олово. Убедившись, что гнать его из станицы никто не собирается, Беломир решил приложить все усилия, чтобы поставить в поселении небольшой индустриальный центр.
Станки с приводом от водяного колеса, серьёзный горн, в котором можно было бы плавить разные металлы, и, если получится, механический молот. Махать сутками кувалдой надоело. Да и вес удара в таком деле немало значит. Особенно при выработке булата. Ведь чем плотнее проковываются между собой слои металла, тем он прочнее. О составляющих для пороха парень не вспоминал. Григорий обещал, что этим будет заниматься отдельный человек.
Купец встретил его, уже привычно сидя на роскошном ковре, в тени навеса, попивая кофе и задумчиво перебирая чётки. Едва завидев парня, перс улыбнулся и, огладив бороду, указал ладонью на ковёр, негромко пригласив:
– Присаживайся, устоз. Я смотрю, ты принёс что-то новое.
– Да, решили попробовать кое-что сделать, – усмехнулся Беломир в ответ, привычно усаживаясь перед столиком по-турецки.
– Я слышал, у вас там, – купец махнул рукой в сторону гор, – была война?
– Степняки что-то не поделили с горцами. А мы, как всегда, оказались промеж них, – отмахнулся парень.
– На ваш стан нападали? – насторожился купец.
– Было несколько раз, но мы были готовы к этому. Обошлось, – туманно отозвался Беломир. – А у тебя, почтенный, как дела? Надеюсь, переход сюда прошёл спокойно?
– Не совсем, но Всевышний был милостив, – благодарно улыбнулся купец и, повернувшись в сторону кибитки, окликнул мальчика слугу. Велев ему принести кофе, он снова огладил бороду и, чуть улыбнувшись, спросил:
– Надеюсь, ты принёс украшения? Их теперь многие спрашивают.
– Принёс, – кивнул парень. – По два десятка каждого вида, из серебра и золота.
– Хорошо. У меня много раз спрашивали, кто и где их делает, и кто это придумал, но я не стал ничего рассказывать, – хитро прищурился торговец.
«Кто бы сомневался, что ты кому эксклюзив отдашь», – фыркнул про себя Беломир, вслух произнеся:
– Это были глупые вопросы. Тебя я знаю и наши с тобой дела, почтенный, всегда велись честно. Ты получал добрый товар, а я честные деньги. Третий тут будет лишним. К тому же пока этот товар редок, мы можем держать цену.
– Ты, безусловно, прав, устоз, – кивнул купец, явно обрадовавшись. – Но должен тебе сказать, что некоторые мастера златокузнецы уже пытаются делать такие же вещи.
– Пусть пытаются, – лениво отмахнулся Беломир. – В каждом деле есть свои маленькие хитрости, и без них сделать точно такую же вещь очень трудно.
Слуга принёс кофе, и парень с удовольствием пригубил крошечную чашечку, наслаждаясь роскошным ароматом. Весь этот предварительный разговор был не более чем данью традиции. На Востоке не принято сразу приступать к делам. Сначала задаются так называемые вопросы вежливости, и только после можно начинать серьёзный разговор. Самому Беломиру до купеческих трудностей и дела не было, но спросить он был просто должен.
Глядя, как парень наслаждается напитком, купец одобрительно улыбнулся и, что-то негромко приказав слуге на персидском, произнёс:
– Я привёз тебе зёрна кофе и листья чая. Это мой подарок.
– Благодарю, почтенный, – улыбнулся Беломир в ответ, подтягивая к себе мешок, с которым пришёл. – Я тоже пришёл не с пустыми руками. Ты много времени проводишь в дороге, и потому я решил сделать тебе чайник, – принялся пояснять он, доставая из мешка означенный предмет. – В нём удобно кипятить воду в пути, и он не занимает много места, – закончил парень, протягивая медный чайник купцу.
– Занятная форма, – с интересом оглядывая посудину, проворчал купец. – Почему именно так?
– Так он занимает в мешке меньше места, и из него удобнее наливать воду, – пожал парень плечами.
Чайник и вправду был необычным. Не круглый, как их привыкли видеть все, а вытянутый в форме эллипса. Примерно той же формы, что были котелки в прежней жизни самого Беломира. Для похода в самый раз. Благодарно кивнув, купец рукой указал на принесённые слугой мешочки.
– Здесь кофе из страны, что рядом с Египтом, и чай из Ханьской империи, – пояснил купец. – Эти глупцы не желают продавать листья, из которых получается лучший напиток, но и этот сорт неплох. Словно не понимают, что так они теряют огромные деньги, – вздохнул торговец, укоризненно качнув головой.