На сборы ушло не столь много времени, как я опасался, так как пожитков у меня оказалось немного. Облачиться в броню, да забросить за спину сумку. Любезные эльфы дополнительно снабдили меня небольшими седельными сумками, которые я смог повесить на Харли, чему был бесконечно рад. Теперь не придется на себе тащить провиант и прочую поклажу. Везет же попаданцам из книг. В многочисленных историях, которые я читал, они получали какой-нибудь артефакт, или особое умение с «пространственным карманом», позволяющее им носить с собой хоть танк, хоть дирижабль, не заботясь о лишнем весе.
Мне же приходится справляться по старинке. И даже нормальных рюкзаков здесь шить еще не начали. Так что я в очередной раз поблагодарил судьбу за нового «маунта». Помнится, у средневековых рыцарей было минимум две лошади: боевой конь, на которого воин садился непосредственно перед сражением, и лошадь, на которой он перемещался на дальние дистанции. Как говорится, «вдруг война, а конь уставший?» И это еще не считая обоза с поклажей, следовавшего за благородным воином. Ну, я воин не благородный, поэтому все эти функции у меня выполняет личный единорог, который, к счастью, по мощи переплюнет любого породистого земного скакуна.
– Ох, точно! – Я хлопнул себя по лбу. – Я и забыл что ты у меня единорог! – Обратился я к Харли. – Появление магического зверя среди людей вызовет слишком много вопросов. Что же нам с тобой делать?
Единорожица пренебрежительно фыркнула и мотнула гривой, после чего длинный рог, украшавший её чело, начал постепенно приобретать прозрачность, оставив над головой лишь легкое марево, незаметное, если специально не присматриваться.
Я удивленно провел рукой по лбу животного. Как ни странно, рог остался на своем месте, лишь приобретя некую невидимость. Отличная маскировка! Теперь Харли, по сути, ничем не отличалась от крупного породистого скакуна. Ну, разве что, очень крупного и очень породистого.
– Прекрасно. А ты вся так можешь в невидимость уйти?
В ответ Харли лишь посмотрела на меня как на деревенского дурачка и снова пренебрежительно фыркнула. Не знаю, что это означало, «ну, конечно же, могу», или «а не многовато ли ты от меня хочешь?»
Пожав плечами, я взял её под уздцы, и мы вместе зашагали к выходу из анклава.
Там нас уже встречала целая прощальная делегация эльфов. Кто-то жал мне руку, кто-то говорил прощальные слова и слова благодарности. Меня немного смутило столько внимания, и я лишь неуверенно кивал и улыбался в ответ благодарным лесным жителям. Харли же, в свою очередь, лишь еще больше преисполнилась грациозностью и величавостью, окруженная обилием внимания. Хех, с таким пафосом лошади ходят разве что на парадах.
Когда я уже, практически, вышел из толпы, меня окликнула уже знакомая девочка, которой я подарил куклу:
– Возвращайтесь, господин Иратус! Я… Мы будем вас ждать! – И добавила. – Меня зовут Алика!
Я обернулся и, улыбаясь, помахал ей рукой. Блин, а я ведь в первую встречу так и не узнал как её зовут. Вечная у меня беда с именами. Я их то просто не запоминаю, то в принципе, забываю узнать.
Зайдя под кроны деревьев, я поймал себя на мысли, что среди провожающих не увидел ни Эльсиила, ни Алисии, ни уж тем более Тисиила. Лишь Элгард еще раз поблагодарил за всё и сказал, что мне всегда здесь будут рады, и в случае если мне будет нужно убежище, эльфы будут готовы предоставить его в любой момент.
Все-таки от такого стало немного грустно. Я уже привык к этим эльфам, и даже начал считать их если не друзьями, то хотя бы товарищами. Мы вместе уже через столькое прошли, а тут они даже не вышли попрощаться.
Я отбросил прочь удручающие мысли и сосредоточился на задаче. В письме Отшельник говорил о демонах гордыни. Интересно, чем они отличаются от демонов гнева? В любом случае, скоро предстоит узнать, а пока что надо смотреть под ноги.
Через несколько часов начало смеркаться и мы с Харли остановились на ночлег. Я, привычно, окружил импровизированную стоянку защитными знаками, так хорошо показавшими себя в стычке с волками, поужинал в сухомятку, не разводя костра, и лег спать, привычно направив через тело потоки внутреннего света. Этот лайфхак я обнаружил самостоятельно. Заставив свет циркулировать по заданным путям в теле продолжительное время, можно было не бояться ночной прохлады и возможности подхватить простуду. Очень удобно в пути, тем более, когда некому поддерживать тепло костра всю ночь.
Харли же, некоторое время, пожевав лесной травы, встала неподалеку в состоянии полудремы, видимо, взяв на себя роль часового. Распространенное мнение, что лошади спят стоя. Но вот только это не совсем так. Глубокий сон у них происходи все-таки лежа и тогда, когда они чувствуют себя в полной безопасности. Но сухожильно-связочный аппарат позволяет дремать, находясь в боевой готовности. Что, впрочем, придется кстати. Не на одни же знаки всё время рассчитывать.