Темп песни вновь замедлился:
Моя спутница завороженно слушала песню, как и все посетители. Некоторые тупо уставились взглядом куда-то в пустоту, будто переживая те события заново, а кое-кто украдкой смахивали проступившую слезу.
Меж тем, артист вновь ускорился:
Когда бард отыграл еще проигрыш и повторил припев, закончив песню, люди, выдержав задумчивую паузу, сорвались на энергичные аплодисменты. В широкополую шляпу кланяющегося артиста посыпались монеты, и в этот момент я понял, откуда у меня это навязчивое чувство, будто я его где-то видел.
Такие подробности событий мог знать лишь тот, кто был непосредственным их участником. Это тот парень в пестрой рубашке с экзотической двухсторонней глефой, который оказал мне помощь в драке с высшим.
– Великолепная песня. – Поделилась со мной эмоциями Алисия.
– Довольно неплохо. – Ответил я, про себя добавив «для средневековья». Эх, как же не хватает современной музыки. Чего бы я только сейчас не отдал за портативный проигрыватель со своей коллекцией рока и метала.
Бард же, получив свои заслуженные овации, уворачиваясь от поступающих приглашений выпить, проследовал к выходу. Но проходя мимо нашего стола, он встретился со мной взглядом, и произошло узнавание.
Я украдкой помахал ему рукой. Певец осмотрелся по сторонам и направился в нашу сторону, сияя искренней улыбкой.
– Вы не возражаете? – Задал он вопрос, и, не дожидаясь ответа, приземлился на свободное место. – Хозяйка! Еще пива мне и моим друзьям!
– Как же я счастлив, лицезреть вас, господа! Мадмуазель, Вашу красоту не скрыть даже под капюшоном. Позвольте представиться, Вольдемар. Бард, певец, поэт и путешественник.
– Мое имя Иратус, а это Алисия. Вы как-то скромно умолчали о том, что Вы еще и воин, Вольдемар.
– Ох, полно Вам, уважаемый. Просто бродячий артист обязан уметь постоять за себя.
– Уметь постоять за себя и «выжить в безнадежной резне», это немного разные вещи. Но, в любом случае, я должен тебя поблагодарить за помощь. Один я бы не справился тогда. – Перешел я на «ты», отбрасывая наигранный пафос и официоз.
– Уж кого все должны благодарить, так это вас. Не петь нам больше песен, не подоспей вы четверо тогда.
– Так ты значит путешественник? – Оживилась Алисия.
– Именно. Брожу по королевству, несу искусство в массы, зарабатывая на пропитание.
– Может ты и в столице был? Какая она?
– Оу, она прекрасна. Величественные стены, окружающие город, белы и ослепительны как звезды, а башни её, кажется, подпирают само небо. Десятки магов трудятся над поддержанием ослепительной красоты улиц, а в магазинах можно отыскать практически любые товары.
Вольдемар еще несколько минут распинался, рассказывая о величественности столичного города. Алисия же слушала сладкие речи, едва не уронив челюсть.
– Ну а здесь ты, какими судьбами? – Поинтересовался я, подловив паузу в восхищенном повествовании.
– Друг мой, я же уже говорил, что я путешественник. Но, сдается мне, в это место меня привела сама судьба. Дабы я воочию лицезрел поистине исторические события и запечатлел их для потомков. – Он загадочно посмотрел на нас, отпивая из кружки.