Все эти дни, проведенные вместе, я не отдавал себе отчет, что начинаю что-то чувствовать по отношению к этой взбалмошной особе. Её напускная строгость сменяемая внезапной заботой вызывали во мне лишь недоумение. Но сейчас, вновь глядя на то как она умирает, я ощутил как что-то глубоко внутри сжимается от боли.
Стоп, что это? Я снова ощутил связь со светом. Слабую, но всё же связь. Она стала как глоток родниковой воды посреди бескрайней пустыни. Я начал раскапывать этот источник, распространяя энергию по своему телу.
Накопив достаточно силы, я сумел применить на умирающей девушке очищение, дабы изгнать проявления скверны. Я читал литанию за литанией, пока в моих глазах не потемнело, и я не упал без сил.
Очнулся я из-за того что кто-то перевязывал мои раны.
– Ты очнулась. – Прошептал я, глядя как Алисия перевязывает лоскутами ткани, полученные мной в битве повреждения.
– Не двигайся. Ты сейчас как решето! Удивительно, что ты вообще жив остался! Тебя от крови теперь только в озере отмывать.
Я лишь откинул голову назад, блаженно улыбаясь.
Какова же была моя радость, когда я ощутил, что связь со светом лишь окрепла. Да, сил было еще немного, но они постепенно возвращались.
Вот сейчас отдохну, накоплю сил, и залечу все свои раны. А пока что мне почему-то просто было хорошо и спокойно.
Закончив с перевязкой, девушка плюхнулась рядом на траву.
– Вот это передряга, да? – Заговорила она через пару минут. – Знаешь? После встречи с тобой, кажется, будто в моей жизни начало происходить столько вещей, сколько не происходило за все годы до этого. Я пережила нашествие демонов на свой дом, увидела очищение священной рощи и её хранителя, учувствовала в отражении нападения уже другой орды, и даже побывала в настоящем человеческом замке! – На последнем пункте она воскликнула так, будто всё остальное меркнет на этом фоне.
– Зато со мной не скучно, да? – Улыбнулся я, поворачивая к ней лицо.
– Еще как. – Ответила она мне такой же улыбкой.
И так, глядя в чистое бескрайнее небо, мы провели коло часа.
– Наверное, стоило бы всё-таки разузнать, где мы оказались. – Заговорила Алисия. – А для этого надо идти. Как твои раны?
– До свадьбы заживет. – Ответил я кряхтя, при поднятии с земли.
– До какой свадьбы? – Недоуменно переспросила девушка.
– Эм… Не бери в голову. У нас так в деревне отвечали, ели что-то заболело.
– Ладно. – Пожала плечами она.
Я повернулся в сторону деревни и увидел корчащегося на земле атамана.
– Ой. А я совсем забыл про него.
Подойдя поближе, мы узрели нелицеприятную картину. Поверженный мною противник валялся на земле в позе эмбриона, схватившись за то место где совсем недавно у него еще был последний оставшийся глаз. Щупальце в другой глазнице нервно дергалось, как будто пытаясь выползти наружу.
– Какая мерзость! – Скривилась Алисия.
– И не говори. – Покачал головой я.
Атаман тем временем тихонько стонал то ли от боли, то ли от досады о потерянном зрении. Присущее ему отвратительное амбре практически не ощущалось.
Я смотрел на одного из злейших своих врагов, по вине которого моя жизнь покатилась в странном направлении за последнее время, и пытался понять что я чувствую. При виде этого жалкого падшего человека, валяющегося у моих ног, я больше не испытывал былого гнева. И даже отвращение не преобладало над моими чувствами. Лишь недоумение, заключающееся в том, насколько же может пасть человек.
– Это ты? – Протяжно спросил он, переворачиваясь на спину. Из пораженной глазницы у него всё еще шел легкий дымок. Он шумно сглотнул и простонал. – Добей меня.
Мне совсем не хотелось становиться палачом, но мертвое должно оставаться мертвым и я вновь призвал в руке меч, сотканный из концентрированной энергии света.
– Да будет так. – Короткий укол в грудь, и тело атамана испускает последний вздох.
Щупальце на его лице всё еще дергалось несколько секунд, но потом утихомирилось и оно.
– Ты свершил свою месть. – Тихо декларировала рядом Алисия.
– Это не месть. Уже нет. – Покачал головой я. – Это правосудие.
Я же просто стоял и смотрел на того кто убил мою сестру. Ненависти больше не было. Чувствовал ли я облегчение или радость? Скорее всего, нет. Просто произошло то, что должно.
Я уже было хотел отвернуться и уйти, как почувствовал нечто необычное. Там где зияла широкая рана в груди мертвого атамана, я почувствовал искру. Свет? Не может быть. Свет внутри столь мерзкого человека?
Я наклонился и протянул руку ладонью вверх к павшему врагу, и из его груди, медленно проплывая, ко мне устремился едва различимый огонек и неуверенно разместился у меня на ладони.