Он смог оторвать взгляд от пола, покрытого совсем свежими грязными следами.
Брови сами собой прильнули друг к другу, глаза сначала расширились, а потом сузились, разглядывая пришедшего заключенного. В момент Влада захлестнула волна искреннего непонимания, но потом наступило осознание. В какой-то степени это было даже облегчение, ведь он так боялся встретиться с тем самым мужчиной из кошмаров лицом к лицу. Не признавался в этом даже себе, но ясно ощущал.
Через стол сидел немощный незнакомец. В его дряблом лице едва прослеживались черты Льва. Это был абсолютно не тот человек, которого парень считал своим отцом. Даже взгляд, с годами потускневший и потерявший хотя бы какую-то ясность, принадлежал другому человеку. Кому? Кому-то, кого не знал ни взрослый Влад, ни тем более Влад-ребенок. Один боялся, а второй продолжал искренне ждать своего родителя. Верить, что тот вернется в его жизнь таким же, каким и ушел. Ненависть граничила с оправданиями, страх – с желанием остаться ближе. Встреча обнажила чувства детдомовского мальчишки, спрятавшегося в шкуре бандита.
Сколько бы Влад не убеждал себя, что не скучал или не думал об отце, у него никогда не получалось поверить. Верили все, даже Роман, которому эта история рассказывалась.
Тело молодого мужчины выпрямилось само собой. Он выровнял спину, чувствуя на себе взгляд старика. Поднял голову выше.
Они молчали. К своему удивлению, Влад заметил проклевывающиеся эмоции на неприятном лице человека напротив.
- Я не думал, что ты придешь, - шершаво сказал он. От звука этого голоса тело гостя свело. Так звучала болезненная старость в нищете и одиночестве.
- Я тоже не думал, - собственный же голос оказался ему на контрасте чистым и звучным.
Отец чуть улыбнулся, будто боялся спугнуть.
- Ты так изменился.
- Ты тоже.
Лев трясся. Ходуном ходила его челюсть, один глаз почему-то прикрывался веком, будто то функционировало в пол силы. Когда-то складная и внушительная фигура мужчины теперь была изувечена: на спине образовался горб, из-за чего ему больше никогда не удалось бы разогнуться полностью. Но больше прочего внимание приковывали руки отца: сухие, скрюченные пальцы, подрагивающие в бесполезной попытке наиграть какую-то быструю мелодию. На кистях проступали воспаленные толстые вены, похожие на червей, забравшихся под кожу. Они были скованны наручниками, как главная пара преступников.
Влад слабо и безучастно моргал, долго не сводя с них глаз. Лев насильно держал ладони на виду, сложив на стол. Стараясь обуздать неловкость, обхватил указательный палец правой руки, который трясся сильнее прочих, двумя пальцами левой.
- Ты ведь что-то хотел спросить? – осторожно поинтересовался Лев.
- Нет, - коротко замотал головой молодой человек, не в силах отвезти взгляд.
- Зачем тогда приехал? – вдруг старик улыбнулся чуть шире. В прорези рта блеснули гнилые зубы. Веки Влада принялись скакать, усиленно стирая тяжелый образ из памяти. Весь его организм отказывался принимать, что это – его отец. Хотелось схватится за голову, чтобы мир перестал кружиться.
- Ты всегда был похож на Веру больше, но сейчас я вижу в тебе свои черты.
Глава еле нашел в себе силы, чтобы сглотнуть.
- Нет…
- У тебя мои глаза.
Ему хотелось перестать смотреть, но вид сухого трясущегося старика в темной сырой комнате не давал оторваться.
- Я хотел тебя увидеть. Ты испортил все. Испортил мою жизнь, испортил мамину. Я думал, может, хотя бы свою ты сохранил.
Пальцы неугомонно плясали.
- Ты не понимаешь. Я и не надеялся, что поймешь. Тогда ты был совсем маленьким. Мне не под силу было объяснить тебе все тогда, и я просто извинился. Помнишь? В зале суда.
Влад кивнул. Скупо, лишь бы продолжить разговор.
- Ты был ребенком. А сейчас ты вырос и через многое прошел, как я вижу. Дорого одет, покрыт шрамами. Смотришь так сурово. Осуждаешь. Повзрослел.
- Думаешь, я хотел этого? Мне пришлось, - тихо и ядовито проговорил парень. – Из-за тебя.
Сил говорить больше просто не хватало. Он бросал короткие фразы, надеясь, что это поможет ему снова вернуться в состояние отстраненности. Подавить чувства. Подавить и забыть.
- Ты не понимаешь, - повторил Лев.
- Это ты виноват, - говорил в ответ Влад, упрямо пытаясь достучаться до родителя.
- Ты тогда не понимал, и сейчас не стремишься.
- Из-за тебя я оказался здесь.
- Я просто хотел остаться…