Но Антон стоял на своём. Он искренне считал, что простолюдинская жизнь в городе, где ты всё знаешь, несёт в себе меньше рисков, чем «покорение» большого Ярославля.
Ведь Антон был единственным человеком, который знал правду о своей двоюродной сестре, и это знание делало его осторожнее всех. Он помнил ту девочку, которая вышла из Среза. Помнил, как дрожали стены в доме, когда ей снились кошмары. Помнил случайно разорванный стальной замок на сарае, когда ей было тринадцать. Тогда они оба сделали вид, что замок просто проржавел.
И она, разумеется, ни разу не была наивной. Обедневший дворянин в чужом городе, один, без связей и поддержки… Мало ли что могло случиться? Антон умён, но слишком доверчив и открыт для мира, который этого не заслуживал.
— Зря я отпустила тебя одного, — тихо проговорила она, цокая каблучками по перрону. — Но теперь держись, братец. Я еду.