В итоге он попросил меня оставить отпечаток перстня на каком-то хиленьком проверочном артефакте, похожем на потускневшую печать. Я тогда ещё на миг усомнился: вдруг артефакт не признает во мне законного владельца перстня. Но нет, всё прошло гладко, если не считать того, что продавец вновь повторил, «лучше бы у вас был с собой паспорт, ваше благородие».
В итоге номер телефона у меня единственный, неповторимый и завязанный на родовой перстень Северских и меня лично. Потому через номер я легко вошёл в эту загадочную цифровую Единую Палату.
Сперва я нашёл раздел о добровольных формированиях вольников и зарегистрировал себя в качестве вольника. Ибо, как указано на распечатках Люси, без официальной регистрации награды я не получу. А награда мне ой как нужна, так что сделаем всё в лучшем виде.
И теперь можно заняться уже другим: формированием боевой гвардии аристократического рода!
В разделе «Регистрация гвардии» я вбил данные Петровича. Система попросила подтвердить полномочия, указав смс-код. Разумеется, для меня всё это было тёмным лесом, хорошо, что помогал Игоша.
В итоге мы увидели красиво оформленную грамоту на экране, подтверждающую, что у нас всё получилось.
— Поздравляю, Михаил Петрович. — Поднявшись из-за стола, я повернулся к старику. — Ты официально гвардеец рода Северских.
Петрович расплылся в улыбке. Правда, тут же попытался придать лицу серьёзное выражение и рявкнул:
— Служу!.. Э-э-э… Вам! Ваше благородие!
— Принимаю, — произнёс я и хлопнул его по плечу. Затем перевёл взгляд на Игошу и твёрдо сказал: — Ну а теперь ты.
Малец замялся и неуверенно пробормотал:
— Антон Игоревич… Тут такое дело… У меня документов нет. Совсем…
— То есть как нет? — больше меня опешил Петрович. — Нельзя ведь без бумаг! Это ведь…
— Тише, старый, — шикнул я и снова покосился на Игошу. — Сейчас что-нибудь придумаем.
Нашёл выход из ситуации, как ни странно, сам Игоша. На сайте была графа «Регистрация простолюдина без документов». Оказывается, аристократ своей властью может дать имя и фамилию человеку, который их не имеет. Древний закон, оставшийся ещё с тех времён, когда крепостное право было нормой.
— Так. — Я откинулся на спинке стула. — Нужно вписать имя, фамилию и отчество.
Игоша потупился.
— Можно просто Игоша…
— Игоша — это не имя. Это прозвище. И попробуй скажи, что я не прав. — Я вопросительно уставился на него. Парнишка отвёл глаза, не став спорить.
Я перевёл взгляд на Петровича. Тот стоял в дверном проёме, переминаясь с ноги на ногу.
За пару дней эти двое успели неплохо спеться. Дед подкармливал мальца, учил каким-то бытовым премудростям и готовке, ворчал на него по-отечески. Игоша в ответ помогал старику с телефоном и компьютером, а иногда даже обыгрывал в шахматы.
— Петрович, — позвал я. — Как смотришь на то, чтобы поделиться фамилией?
— В смысле? — подавился он, вытаращив глаза.
— Запишу его как… ну, скажем, Игоря Сергеевича Пирогова. Будет твой… скажем, внучатый племянник. В Единой Палате, а не наяву.
Петрович посмотрел на Игошу. Тот замер, боясь лишний раз вздохнуть.
— С меня не убудет. — Старик почесал затылок. — Ежели только я ему опекуном от этого не стану. — Он покосился на мальца. — Помирать я не собираюсь, но мало ли что…
— Не переживай, старый, никто на тебя мальца вешать не станет.
— Да не, я как бы… — смутился старик, тяжело вздохнул и покосился на Игошу. — Тут за себя-то гарантий не дашь, а за другого человека и подавно. Мало ли что да как. И… — Он махнул рукой и твёрдо произнёс: — Согласен я. Пусть будет Пироговым.
— Нет. — неожиданно громко произнёс Игоша и будто бы одним словом выдал всё, что скопилось у него на душе: — Я не буду принимать чужой… Чужие фамилии. Не могу! И прошу меня понять.
Дед удивлённо уставился на него и недовольно проворчал:
— Чего это? Моя фамилия для тебя недостаточно хороша, что ли?
— Я… — замялся малец. — Прошу прощения. Не хотел никого обидеть, и…
— Нормально всё, — перебил его я и хлопнул старика по плечу. — Малец решил, что просто не потянет оказанной чести. Так что не станем его уговаривать — пусть Игоша Малой. Без отчества. А год рождения…
Я скептически оглядел карлика.
— Пятнадцать мне, — пробурчал он. — А дата особо не важна.
— Добро, — кивнул я и улыбнулся краешком губ.
Упёртый малец.
И это правильно. Несмотря на то что ему довелось оказаться на самом дне, не забывает, кто он есть на самом деле. В этом мы с ним похожи.