Я еще раз прислушался к своему телу и мысленно усмехнулась — Руна Фильтрации в самом деле посчитала Дар целителя за яд. Но, что важнее, она не обратила внимания на мази. Не в том плане, что они хороши… А в том, что для Руны эта бесполезная жижа была сродни обычной грязи.
— Виконт еще что-нибудь передавал? — спросил я, возвращаясь к еде.
— Просил пожаловать к нему за наградой, когда оклемаетесь.
Награда? Ну, контракт-то я не выполнил… Вожак стаи ушел, гнездо не зачищено. С другой стороны, я уничтожил диверсантов, а до этого большую часть монстров. К тому же земли виконта защитил, чему он явно рад.
Вот только мне самому необходимо выполнить этот контракт. Мне нужен труп Вожака.
Я доел щи и вытер рот тыльной стороной ладони.
— Готовьтесь, ребята, мы скоро выдвигаемся.
Петрович с Игошей переглянулись.
— Куда, ваше благородие? — осторожно спросил старый. — Судя по вашему горящему взгляду, не за наградой.
— Пойдем заканчивать начатое, — я размял шею. — Вожак еще жив.
— Но вы только на ноги встали! — всплеснул коротенькими ручонками Игоша.
— К ночи разомнусь, — улыбнулся я и повернулся к Петровичу. — Найди самую подробную карту окрестностей, какая только найдется у местных. К утру мы непременно отыщем и прикончим эту трусливую тварь.
Глава 21
Провожать нас вышла вся деревня. Захар Савватеич стоял впереди, сунув большие пальцы за ремень, и поглядывал на «Егеря» с деревенской смесью уважения и опаски.
— Вы это, ваше благородие, — откашлялся он, — ежели помощь понадобится, мужики подтянутся. Номер мой у вас есть.
— Благодарю, Захар Савватеич, — кивнул я.
— Да чего там, — махнул рукой он, но было видно, что предложение далось ему непросто.
Посылать своих людей против буревестников означало рисковать жизнями. Но староста понимал: если тварей не добить, они вернутся. И тогда уже не будет охотников, которые встанут между ними и деревней.
— Но я думаю, мы сами справимся, — подбодрил я его. — Вы, главное, за нашими трофеями присмотрите.
Мужчина подобрался и закивал:
— Конечно-конечно, ваше благородие! Все, что снято с мерзавцев Вахрушева и их квадроциклы, — все по праву ваше! Его сиятельство подтвердил ваше полное право на трофеи.
Я одобрительно кивнул.
А про себя подумал, что в подполе в доме еще полно требухи монстров лежит, которую туда заныкал Петрович, и которая в этом мире официально не должна существовать. Этот трофей, пожалуй, даже ценнее.
Петрович завел двигатель. «Егерь» взревел, подсветив фарами ближайший курятник. Я помахал деревенским, залез в машину, и мы двинулись в путь.
Карта местности лежала у меня на коленях. Все, что было нужно, я для себя уже прояснил — единственным местом, которое отлично подходило для гнезда Вожака, а то и всей стаи, была лесная возвышенность за Талицей. Она идеальна для монстров такого типа — прекрасный обзор сверху, укрытие снизу, ну и близость воды. С двух сторон от этой возвышенности простирались владения барона, буревестники их, вероятно, тоже прощупывали, но получили порцию артефактных пуль и больше не совались, ибо там довольно близко до усадьбы.
А восточнее располагались поля, где прошлой ночью громыхала битва. Там тоже твари бы не стали надолго останавливаться.
Игоша молчал на заднем сиденье. Парень выглядел собраннее, чем вчера — видно, что отдохнул, набрался сил и что-то для себя переосмыслил.
Мы пересекли Талицу в том месте, где утром я ставил ловушки. До сих пор виднелись следы квадроциклов. Пока ума не приложу, что делать с этим добром. Но оно нам явно в дальнейшем пригодится.
А пока, думаю, можно и у местных оставить — подремонтируют за копеечку малую… Или все-таки по бартеру за ремонт и помощь отдать им пару-тройку штук? В деревне нужнее.
Дорога становилась все хуже и хуже, но «Егерю» на это было плевать — он переваливался на ухабах, бодро идя вперед и не замечая веток, что скребли по бортам.
Наконец впереди показался непроходимый бурелом.
— Всё, дальше пешком, — я открыл дверь, когда машина остановилась.
Петрович заглушил двигатель и потянулся за «Слонобоем». Игоша выбрался следом, поправляя капюшон.
— Старый, — я повернулся к Петровичу. — Будь добр, дай свой кулон.
Он замер с ружьем в руках, а затем выпалил:
— Зачем хоть?
— Приманка нужна, — спокойно пояснил я. — Твой клык притягивает тварей, помнишь? Вчера мы держались близко друг к другу, но сегодня я буду впереди, а вы двое поодаль. Не хотелось бы, чтобы твари игнорировали меня, спеша вскрыть ваши теплые животы.