Первый Предтеча II
Глава 1
Закрытая склянка приятно грела ладонь. Жидкость внутри отливала расплавленным золотом и чуть заметно пульсировала в книсон энергии, которую я вложил в неё на последнем этапе.
Гнездовой эликсир для птицы графа Воронова наконец-то готов…
Я поднёс склянку к свету. В этом золотистом отблеске было что-то очень родное и знакомое — так светились зелья моей эпохи, когда энергия Предтечи ложилась в раствор правильно. Тысячи лет назад я клепал подобные эликсиры сотнями, а сейчас провозился почти два часа над одной склянкой, выжимая из скудного Источника большое количество энергии.
Я заткнул горлышко пробкой, бережно спрятал склянку во внутренний карман и только тогда позволил себе выдохнуть, вытерев пот со лба.
Пару часов назад кузов «Егеря» превратился в импровизированную лабораторию: перегонный стол с посудой всё ещё хранил тепло, пол был забрызган каплями спирта и усеян травинками полыни.
— Готово? — хрипло спросил Петрович, инстинктивно хватаясь за ружьё, когда я выпрыгнул из кузова.
Похоже, он успел вздремнуть, но надо отдать старику должное — встрепенулся моментально, стоило мне подойти.
— Готово, — кивнул я и полез за телефоном. — Теперь нам нужен Игоша.
Старик тяжело вздохнул и достал из кармана чёрное устройство с тонкой палкой.
— У нас же теперь рация есть, Антон Игоревич. Трофейная, от диверсантов. И дома вторая стоит. Чего лишний раз рубли переводить?
Рация… Точно. Не успел я толком адаптироваться к современной мобильной связи, как нужно привыкать и к рациям. После боя с диверсантами я полдня провалялся с лихорадкой, но Петрович и Игоша успели забрать с бойцов всё ценное, включая рации. Разве что квадроциклы временно оставили в Белкине. В обмен на два экземпляра деревенские пообещали привести все остальные в полный порядок.
Кстати, по словам Петровича, себе квадроциклы они выбрали из наиболее убитых. Но их тоже быстро на колёса поставят.
— Ты прав, — коротко ответил я, убирая телефон.
Петрович протянул мне приёмник. Я нажал кнопку, как он показывал, и произнёс:
— Игоша, приём.
Рация зашуршала, и через несколько секунд послышался голос мальчишки:
— Антон Игоревич? Слышу вас.
— Как дела?
— В приёмную Воронова я позвонил… — виновато начал он. — Но не получается договориться на сегодня. Граф вернётся в имение только завтра к обеду. У него какие-то дела в городе… Антон Игоревич, а вы вроде гово…
— Граф ведь оставил мне личный номер! — произнёс я вслух, и захотелось ударить себя по лбу.
Слишком много успело произойти за последние дни, слишком о многом приходилось думать и ещё больше — делать. И немало нового изучать!
Да, Воронов хоть и обозвал меня шарлатаном, но согласился оставить номер, когда я уходил от него. В слишком уж безнадёжной ситуации оказался граф, вот и ухватился за соломинку.
Эх, и ведь действительно сложно привыкнуть к этим технологическим чудесам связи. В эпоху Предтеч, чтобы связаться с кем-то из лордов, нужно было отправить гонца, дождаться ответа, снова отправить… Целый ритуал. У Предтеч, конечно, как и у сильнейших магов, был мыслеголос и ментальная связь, но последняя работала только в одну сторону. Люди не могли нам отвечать на расстоянии.
Я снова вытащил телефон, нашёл в записной книжке номер Воронова и нажал вызов.
— Слушаю! — спустя время ответил граф усталым и раздражённым голосом.
— Ваше сиятельство, это Северский.
— Северский, — повторил он настороженно. — Я занят. Помощник говорил, что ваш человек звонил, но без конкретики.
— Конкретика есть. Вы дали мне личный номер не для светских бесед, и я не стану тратить ваше время. Ведь вы сказали звонить только в одном случае.
В трубке повисла тишина, а затем Воронов холодно уточнил:
— К чему вы клоните?
— Эликсир готов, он у меня в руках, ещё тёплый. Я мог бы сказать, что он испортится, если не дать его птице в ближайшие пару часов. Но мои эликсиры не настолько дрянные, а я не люблю врать. Поэтому буду откровенен: мне нужно как можно скорее вылечить вашу Аришу и получить награду.
Несколько секунд в трубке слышалось лишь тяжёлое дыхание. Воронов переваривал услышанное.
— Уверены, что сработает? — с угрозой в голосе спросил он.
— Даю слово.
— У вас будет один-единственный шанс, — произнёс Воронов ещё жёстче, чем раньше. — Я возвращаюсь в имение и жду вас там как можно скорее.
Связь оборвалась, и я убрал телефон.
— Едем к графу? — Петрович уже стоял у водительской двери.
Я основательно задумался. Оборудование в кузове стоит немалых денег, и разбить его, если начнётся очередная заварушка, будет проще пареной репы. Вчера мы уже успели «нашуметь», а приметнее нашего «Егеря» без лобового стекла в Ярославле будет разве что танк.