А туман постепенно рассеивался. Я уже порядочно пробежал дальше по улице и пересёк перекрёсток, едва не столкнувшись с каким-то бородачом в деловом костюме. Тот шарахнулся в сторону и что-то заорал мне вслед, но я уже не слушал.
Арка внизу жилого дома открылась моему взору спустя минуты три резвого бега. А в глубине этого прохода разворачивалась знакомая картина: твари давили людей.
Монстры выглядели как собаки с мощными лапами и серо-бурой шкурой, покрытой редкими костяными наростами. Но вместо голов у них… Я невольно замедлил шаг.
Там, где у обычной собаки должна быть морда, здесь из загривка вырастало длинное змееподобное щупальце толщиной в руку. Оно непрерывно двигалось, покачиваясь из стороны в сторону. На конце щупальца угадывалось что-то вроде пасти с мелкими острыми зубами.
Знакомая мерзость. В эпоху Предтеч мы называли подобных тварей «слепнями» за их способ ориентироваться в пространстве. Им не нужны глаза, хватает лишь вибраций и запахов. Щупальце служит им и головой, и главным органом чувств, и основным оружием.
Хотя… Эти слепни были мельче тех, что я помнил. В мою эпоху они вырастали до размеров крупного быка, а их костяная броня могла выдержать удар боевого молота.
С противоположной стороны арки кто-то бросил грузовик поперёк прохода, и теперь его кузов наглухо перекрывал путь к отступлению людей. То ли это случайность, то ли твари специально выбрали место для засады. Слепни никогда не отличались большим умом, но стайный инстинкт у них работал безупречно.
Битва была в самом разгаре — широкоплечий мужик с арматурой в руках явно был бойцом. Он двигался профессионально и прикрывал второго человека. Но Силы ему не доставало — твари от его ударов лишь ненадолго скукоживали щупальца, а затем снова выбрасывали их вперёд.
Второй человек судорожно отстреливался из артефактного пистолета, совершенно не умея при этом им пользоваться. Это был кругленький, невысокий, лысеющий мужичок, совсем не боец. Очки в тонкой золотой оправе запотели, но руки, сжимавшие рукоять пистолета, почти не дрожали. Толстые пальцы неловко ложились на спусковой крючок. Не боец — но и не паникёр.
Хоть и с Даром!
И вот это уже интересно — Дары бывают небоевого типа, однако же любой Дар невозможен без избытка жизненной энергии в теле носителя. Как правило, эта энергия по умолчанию даёт человеку крепкое здоровье. И, если одарённый явно имеет проблемы со здоровьем… либо он безудержно себя убивает, либо живёт в постоянном стрессе.
Ну или его Дар работает криво, как, например, у проклятых. Правда, проклятия от этого задорного пухляша я не чувствовал.
Позади этой парочки лежало двое раненых — мужики отползли к концу арки поближе к грузовику, где и остались без сил. Один совсем не двигался, второй шевелился слабо, с трудом зажимая рану на боку.
Мужичок выстрелил. Пуля удачно попала в точку, где щупальце соединялось с телом. Тварь дёрнулась, щупальце мгновенно стянулось, как змея, свернувшаяся клубком. Но уже через секунду оно снова начало распрямляться.
Другая из тварей обошла бойца с фланга и бросилась на кругленького, посчитав его более лёгкой и вкусной добычей. Тот успел выстрелить, но на сей раз не повезло — промахнулся. Щупальце монстра метнулось вперёд и…
Моё воздушное копьё пробило тварь насквозь, пригвоздив её к асфальту. Сжатый воздух прошёл сквозь мягкое подбрюшье, миновав костяную броню, и вышел с противоположной стороны, оставив аккуратное отверстие. Тварь дёрнулась, щупальце бессильно забилось по земле, разбрызгивая тёмную жижу вместо крови.
Да, я уже действовал вовсю. И через секунду топор Святогора рассёк воздух, вонзившись в загривок второго монстра. Ледяные узоры вспыхнули голубым, и тварь мерзко заверещала.
Третий монстр развернулся ко мне. Его щупальце вытянулось, пасть на конце раскрылась, обнажив ряды игольчатых зубов.
Я шагнул в сторону, пропуская выпад монстра, и рубанул по основанию щупальца. Холод топора сковал рану, не давая ей затянуться. Тварь забилась, пытаясь отползти. Щупальце, наполовину отрубленное, заболталось на лоскуте плоти, беспомощно дёргаясь.
Но я тут же настиг её и вогнал топор в то место, где у неё должен был быть череп. Лезвие прошло сквозь костяные наросты и добралось до чего-то мягкого. Монстр обмяк…
Первая тварь, пришпиленная моим воздушным копьём, ещё дёргалась. Я спокойно подошёл к ней и добил тяжёлым ударом топора.
Кругленький мужчина опустил пистолет. Руки у него подрагивали, но голос прозвучал на удивление ровно: