И всё же слухи о графе Воронове в целом совпадают с моей собственной оценкой этого человека. Значит, игнорировать рассказ таксиста не стоит.
Когда мы свернули на подъездную дорогу к имению Воронова, таксист притих, разглядывая территории.
— Вот что скажу, — произнёс он, притормаживая у ворот. — Вам бы свою машину завести под такие поездки. Не моё дело, конечно, вам советовать, но негоже уважаемому господину на такси в такие места приезжать.
— Понимаю, — кивнул я. — Но с машиной вопрос решить несложно. А вот найти надёжных людей на все пустующие должности уже сложнее.
— Извечная проблема, — понимающе усмехнулся он и остался дожидаться меня в машине.
Не знаю, откуда именно возвращался Воронов, но приехать в имение он умудрился раньше меня. У входа стоял чёрный представительский автомобиль с гербом графского рода на двери. Двигатель ещё даже не остыл.
Рядом с машиной стоял сам граф Воронов и его люди: четверо охранников с оружием, трое из них владели Даром укрепления плоти, а четвёртый, внешне ничем не отличавшийся от остальных, был среди них самым сильным. Явно «водник».
Ну и сам граф, конечно… Он бы точно смог в одиночку справиться со всей своей охраной.
Хм… Я стал сильнее, а вместе со мной и мои первые Руны. А ведь можно сделать их ещё более эффективными. Но всё потом.
— Ваше сиятельство. — Я коротко поклонился.
Воронов ответил сухим кивком, словно боялся сказать что-нибудь лишнее. Но затем всё же собрался:
— Северский. Вы обещали эликсир. — Его голос звучал ровно, но каждое слово давалось ему с трудом. — Покажите его здесь.
Я достал склянку из внутреннего кармана. Золотистая жидкость мягко блеснула на солнце, и по ней прошла едва заметная пульсация.
Воронов во все глаза уставился на флакон.
— Гнездовой эликсир, — сказал я. — Усиленная версия для вашего случая.
— Никакого Гнездового эликсира не существует, — произнёс он тем же тоном, каким говорил это в прошлый раз, только тише. — Но мне плевать, как вы это называете. Я хочу убедиться, что здесь не отрава. Маслов! — позвал он не оборачиваясь.
Охранник-водник шагнул вперёд и протянул ко мне руку. Я без слов передал ему склянку. Маслов зажал её между ладонями и прикрыл глаза.
Из его ладоней появилась синяя, наполненная энергией вода, плотным пузырём охватившая бутылёк. Вода начала пульсировать, то расширяясь, то сужаясь. Я чувствовал, что через воду он ощупывает содержимое склянки тонкими нитями энергии. Грубовато, но для диагностики Скверны и ядов этого действительно хватит.
Двадцать секунд охранники стояли как вкопанные. Граф Воронов тоже не шевелился, только ноздри чуть раздувались при каждом вдохе.
— Чисто, ваше сиятельство, — наконец произнёс Маслов, открыв глаза. — Скверны нет, ядов нет, вредоносных паттернов нет. Но…
— Но? — Воронов чуть повернул голову.
— Субстанция мне незнакома. Энергетическая насыщенность высокая, структура сложная. Я не могу определить, что это. — Маслов протянул склянку обратно мне. — Простите, ваше сиятельство. Не в моей компетенции.
Воронов не подал виду, но я чувствовал, как он напрягся. Он ждал однозначного ответа и не получил его.
Волнуется… Ну ладно.
Я забрал склянку, откупорил её и капнул золотистую каплю себе на язык. По телу прошла волна мягкого тепла, Источник на мгновение отозвался лёгкой вибрацией. Воронов наблюдал за мной не мигая. Я закупорил склянку и убрал обратно в карман.
— Если бы я хотел отравить вашу птицу, — спокойно сказал я, — мне было бы проще просто не приезжать. Гнездовая лихорадка убьёт её сама.
Ещё несколько секунд граф стоял неподвижно, потом резко развернулся к воротам.
— Идёмте, — бросил он через плечо. — Маслов, со мной. Остальные на местах.
Ворота разъехались. Мы пошли по подъездной аллее к знакомому трёхэтажному особняку из светлого камня. Воронов шёл быстро, почти переходя на бег, и мне приходилось прибавлять шаг. Маслов держался позади, настороженно поглядывая в мою сторону.
— У вас будет один шанс, Северский, — не оборачиваясь, произнёс Воронов. — Если это навредит ей, я вас уничтожу. Слово графа.
— Я помню наш договор, ваше сиятельство, — ответил я. — Но прежде мне нужно осмотреть Аришу.
Воронов коротко кивнул.
Мы обогнули особняк по мощёной дорожке. Хозяйственные постройки за домом выглядели так же ухоженно, как и сам дом: газоны подстрижены, дорожки чистые, клумбы прополоты. В такие моменты особенно хорошо видно, что у хозяина есть и деньги, и привычка следить за порядком.
Далее показались и птичники, при виде которых Воронов пошёл медленнее и тяжелее, будто приближался к чему-то, на что было больно смотреть.