— Вон там, — я махнул рукой на съезд, где грунтовка уходила в сторону от леса и упиралась в поросший травой пригорок. — Тормози.
Мирослава послушно подъехала к пригорку и заглушила двигатель. В кабине сразу стало очень тихо.
Мы вышли.
Место было славное: край леса с одной стороны, открытое поле с другой, внизу — излучина того самого ручья, у которого мы сидели утром.
Я забрался на ещё тёплый капот «Волка». Мирослава, помедлив секунду, подтянулась и, обхватив колени, уселась рядом.
Я достал свёрток Петровича. Компот мы пили прямо из бутылки по очереди. Мирослава вытирала губы тыльной стороной ладони и косилась на меня. Она уже не обижалась, что у неё отобрали игрушку.
Должно быть, задумалась о своём поведении.
— Я чуть не перевернула твой броневик, — изрекла она.
— Ты чуть не перевернула мой броневик, — согласился я.
Она опустила подбородок на колени и долго молчала.
— Мира, — произнёс я уже серьёзнее. — Я хочу сказать тебе одну вещь и хочу, чтобы ты её запомнила. Ты не призываешь Срезы. Даже если завтра тебе покажется, что опять ты виновата, что опять из-за тебя — это будет неправда. Ты у нас, по сути, ходячий детектор Срезов. Это не твоё Проклятие. Это ещё один Дар. Так что, если тебе однажды захочется про них поговорить — или спросить про свой основной Дар — обращайся. Договорились?
Мирослава подняла голову. Глаза у неё снова были мокрые, но на этот раз она не стеснялась.
— Договорились, — тихо сказала она. — Спасибо… — Она запнулась, на миг замерла, словно взвешивая каждое слово, но затем продолжила: — Анхарт.
Я улыбнулся и медленно кивнул. Отчего-то мне понравилось слышать своё истинное имя из её уст. Было бы странно, если бы наедине она называла меня именем брата после того, как я ей вкратце рассказал про свою прошлую жизнь.
Мы сидели на тёплом капоте «Волка» и по очереди допивали компот. Внизу бежал ручей, за спиной остывал мотор…
После долгого молчания я повернулся к Мирославе, а затем предельно серьёзно спросил:
— Ты ведь поможешь мне восстановить род Северских?
Она опешила от столь резкого вопроса, но вскоре собралась и твёрдо ответила:
— Да.
К Чёртовой Лапе мы возвращались медленно. Мирослава вела «Волк» уже по-человечески, без лихачества, и только время от времени косилась на меня, будто проверяя, не исчезну ли я с пассажирского сиденья.
По приезде она заглушила двигатель. Я выбрался первым и подал ей руку. На этот раз она не фыркнула — нормально оперлась на мою ладонь и осторожно спрыгнула на землю. Одеяло осталось в кузове «Волка». Она снова была в моей рубашке и Игошиных спортивках, но держалась уже совсем иначе, чем несколько часов назад.
— Антон Игоревич, — первым меня перехватил Петрович. — Не успел сказать вам, вы умчали так быстро. В общем, Николай к нам захаживал.
— Кто? — не понял я.
— Плотник тот самый, — пояснил старик. — Михалыч с утра его прислал, как вы и просили. Парень молодой, лет тридцати. Я его усадил, чаем напоил, показал ему дом и забор. Он успел обойти всё по периметру, прикинуть, что куда… А потом Срез, и он как с цепи сорвался — у него жена беременная дома, первенец, он за неё в панике был. Я его и не держал, ясен хрен. Сказал: бегите, Николай Андреевич, укрывайте своих, но возвращайтесь, разговор будет серьёзный.
— Хорошо, — кивнул я. — Вы оба правильно поступили. Вернётся — зови меня сразу.
Петрович кивнул и потянулся было к «Егерю», но я придержал его за локоть.
— Старый, ещё одно. Помнишь тот печёночный настой, который я готовил для Свята? Когда мы потом на штурм ехали, с собой его брали.
Петрович наморщил лоб и, вспомнив, кивнул.
— Так он у Галины так и лежит в холодильнике. Вас же когда канцелярия взяла, мы к ней ездили лабораторию переносить, вот заодно и выпросил полочку под всякое важное.
— Молодец. Ну, тогда неси. Понадобился.
— Сию минуту, — деловито отозвался старик и зашагал к дому Галины.
Мирослава, стоявшая рядом, нахмурилась.
— Что за настой?
— Лекарство, которым я поднял Свята на ноги… в прямом смысле. Тебе такая доза ни к чему, но после дрянных зелий Бестужева небольшая прочистка не помешает.
Слово «Бестужев» явно заставило её ещё раз прокрутить в голове воспоминания о вчерашней ночи. Только теперь, на свежую голову, уже с другой стороны.
— Хорошо, — спокойно ответила Мирослава и посмотрела на гвардейцев, что стояли неподалёку. — Но сначала… Нужно закончить начатое. Можешь собрать ребят?