Лаборатория по-прежнему занимала дальнюю часть дома, и теперь она была отгорожена плотной занавеской. Место Силы было аккуратно прикрыто ковром.
Я заглянул в первый закуток — дверь еще не поставили и проем прикрывало плотная ткань. Хм. Похоже, это моя комната — кровать застелена красивым пледом в красную клетку, к стене прибита полка, на которой уже стоят несколько склянок с сухими травами из лаборатории. Похвально, что не стали без спроса таскать более сложные конструкты, чем травы, собранные Петровичем.
Второй закуток пустовал. Только голые стены из свежей фанеры, старое зеркало в полный рост у одной из них, и ничего более. Видимо, Мира планировала его для себя, но не успела обустроить.
И где только зеркало откопала?.. И даже в первую очередь!
«Важнее походного зеркальца для девушки может быть только начищенный до зеркального блеска кинжал», — как-то сказала мне Шиза, когда с благодарностью приняла от меня подарок. И да, это было зеркало, а не кинжал — мы в тот момент просто гуляли по имперской столице, а не обирали трупы.
Я вернулся в общую часть дома. Петрович уже хозяйничал у стола, раскладывая по тарелкам остатки еды. Рядом стоял чайник, от которого шёл пар.
Гвардейцы подтягивались по одному. Лапа ввалился первым, рухнул на лавку и молча потянулся к пирогу. За ним Муха, Клин, Цицерон и другие. Святогор зашёл последним, предварительно проверив посты. Мирослава сидела в углу и ела молча, сосредоточенно глядя в тарелку.
Никто толком не разговаривал. Я и сам не стал ничего говорить. Съел порцию борща с хлебом, налил себе чаю и сел у стены. Игоша пристроился рядом и через минуту уже клевал носом, привалившись к моему плечу.
Да уж, совсем загоняли мы мальца.
Когда тарелки у всех опустели, я приложил мелкого к стене, а сам поднялся с места.
— Святогор. Посты? — остановился я возле главы гвардии.
— Четверо в дозоре, — доложил он. — Через четыре часа сменятся.
— Хорошо. Остальным спать. Утром разберёмся с трофеями и ранеными.
Свят кивнул и вышел. Гвардейцы расползлись кто куда. Кто-то лёг в кузове «Волка», кто-то устроился прямо на полу в коридоре, расстелив бронежилеты и накрывшись куртками.
Петрович увёл засыпающего Игошу в «Егерь». Мирослава всё ещё сидела у стены и смотрела в пустоту. Глаза у неё были воспалённые, а на скуле подсыхала грязь, которую она так и не удосужилась смыть.
— Мира, — позвал я негромко. — Занимай мою комнату. Там кровать.
Она подняла на меня взгляд и осторожно спросила:
— А ты?
— Подежурю с парнями, потом подремлю где-нибудь. Ночь тёплая.
Мирослава поднялась, покачнулась и ухватилась за стену. Я шагнул к ней, но она мотнула головой и выпрямилась сама.
— Не надо, — твердо заявила девушка. — Дойду.
Она прошла мимо меня в закуток. Я проводил ее взглядом, а затем вышел на крыльцо.
Ночь и правда была тёплой. Над Чёртовой Лапой висели яркие звёзды. Воздух пах скошенной травой, остывшим металлом и чуть-чуть гарью.
Я прошёлся по периметру, проверяя посты. Гвардейцы бдели, хотя глаза у некоторых откровенно слипались.
Так было в трех случаях. А вот в четвертом… В общем-то внешне все то же самое, однако же я почувствовал, в Истонике Клине небольшую нестабильность.
— Иди поспи, хлопнул я его по плечу, вливая немного чистой Силы, в энергетическую систему гвардейца.
— Но…- возмутился было он, однако я резко перебил его:
— Это приказ. И командиру своему так и скажи, если спросит я приказал. Перетрудился ты больше всех сегодня, похоже. Но и к утру.
Хотя, если бы та же Мира или Игоша сейчас вместо сна ушли в дозор, может быть и их Источники бы начали «плясать» от усталости. Все-таки сражаться в больших количествах используя пусть и дружественную, но чужую энергию — вредно для организма.
Клин ушел, я остался на его направлении. Округу я чувствовал прекрасно, так что позволил себе для начала просто сесть на старую лавку у чьего-то забора и наслаждаться звездами.
Хороший вечерок выдался.
Плодотворный.
И с погодой повезло.
Я не сдержал улыбки — славно это, отдохнуть на своей земле. Земле, которую мы отстояли у сотни врагов, и которую накормили их трупами.
Глава 16
Потянувшись, я открыл глаза и уставился в деревянный потолок.