— Проклятье! Я опять промазал! — выругался боец.
— Дерьмо! Как так он так быстро уклонился, — негодовал его соратник.
— Хрум! Двое уже близко! — напряженно позвал командира его зам. — Что делать⁈ Хрум⁈
— А где третий? — проблеял один из бойцов.
— Ку-ку! — неизвестный насмешливый голос прозвучал совсем рядом.
Мертвое тело командира упало на пол, в ближайшей бойницы мелькнула страшная морда с черной бородой.
А затем прозвучал взрыв, разнесший половину ДОТа.
Западная часть усадьбы Ладимира Бестужева
Гвардейцы Бестужева на западном рубеже чувствовали себя куда увереннее. Четверо бойцов заняли позиции у старого амбара, превращённого в опорный пункт: двое на верхнем ярусе, двое — внизу у бойниц.
— Тишина… Слишком тихо, — пробормотал старший группы, вглядываясь в сумрак между деревьями.
— Да брось, — отозвался один из бойцов. — Атака на востоке, там и вся работа. А мы так, для порядка стоим.
Но не успел он договорить, как сверху раздался крик:
— Контакт!
Теперь и командир видел одинокую фигуру — здоровяка в черных одеждах с повязкой на глазу. В одной руке он держал автомат, а в другой топор с сияющий голубым лезвием.
И очень страшно улыбался.
— Огонь! — запоздало скомандовал командир.
Все четверо гвардейцев начали, стрелять, но…
— Что? — выпалил один из.
— Как? — не мог понять другой.
— Как он… Как уклоняется от всех выстрелов?
— Без паники! Он всего оди… — командир попытался успокоить своих подчиненных, но влетевший ему в лоб топор не дал закончить фразу.
А затем и одноглазый громила открыл огонь из своего автомата.
Спустя секунд тридцать все на этом направлении стихло. Глава гвардии Северских поднял свое любимое артефактное оружие, вытер с него кровь о труп врага и сунул в подвес.
— Итого у меня уже шесть, — резюмировал он, а затем произнес будто бы в пустоту: — Смотри, Первый. Так и тебя по счету обойду.
Два бойца Бестужевых на всех парах неслись в сторону ближайшего столкновения. Оба одаренные, оба инстинктивно готовятся биться с врагом лицом к лицу, а потому Дар по большей части защищает их только спереди.
Не очень люблю скрытные проникновения и неожиданные атаки. Но и отказываться от них, когда на кону жизни моих людей, я не могу.
Обогнув кусты высоких роз, я выставил перед собой ладонь и выпустил вдогонку врагам два ветровых копья.
Заклинания пробили им черепушки, и оба рухнули замертво. Мимо меня подкрепление врага не пройдет.
Я продолжил забег к своей цели, попутно анализируя полученные через Руну сведения.
Что ж… мои гвардейцы отлично себя показывают. Не зря я потратил кучу времени в своей лаборатории в Чертовой Лапе.
Дело в том, что сегодня днем рядом с Местом Силы я сварил партию боевого эликсира. Рецепт пришлось изобретать из всего, что было под рукой — но с наличием органов буревестников, особенно их Вожака, и пепельников эта задача решилась вполне себе сносно.
Эликсир давал временный, но ощутимый прирост всех боевых характеристик: скорость реакции, плотность Дара, болевой порог. Расширяет физические возможности тела.
На испытании Святогор, принявший дозу первым, сказал только одно слово: «Мощь». А потом разнёс кулаком каменную плиту, которая попалась под руку.
Но я честно предупредил всех: первый приём даёт самый сильный откат. Тело ещё не привыкло, каналы после зелья болят, да и мышцы забиваются кислотой. Со временем организм адаптируется, откат будет слабеть, но и пиковый эффект снизится. В общем, стандартная схема для алхимических усилителей.
Каждый из десяти новых гвардейцев выпил свою порцию без колебаний. А за несколько минут до начала штурма их ещё вдобавок усилил Игоша. Малец за последние дни здорово поднаторел в контроле своего Дара.
Слева от меня затрещала автоматная очередь. Пули прошили стену беседки буквально в паре метров от меня, очередь быстро смещалась в мою сторону. От казарм бежали четверо гвардейцев Бестужева. Все с Даром укрепления плоти, каждый в броне.
Выставив воздушный барьер, я защитился от пуль и перекатом ушел с линии огня. Взмахнув рукой, выпустил несколько воздушных копий. Двоих копья пробили насквозь, а вот их товарищам хватило Силы сдержать удар. Но пока они пытались прийти в себя, я накинул им на шеи воздушные арканы. Резко дернув «хвосты» арконов, я прикончил и эту парочку.
Я рванул дальше, и вновь по мне открыли огонь — на сей раз стреляли с верхних этажей усадьбы. Укрывшись за каменным фонтаном, я начал уж было готовить новое заклинание, как вдруг услышал два гулких выстрела, слившихся в один. Петрович издали бахнул своим «Слонобоем», за секунду до того, как Муха — снайпер из новеньких, нажал на спусковой крючок трофейной винтовки. Той самой, что я получил от Браунштейна.