Я начал нанизывать фрагменты на арматурные стержни. Железы закрепил повыше, мешочки ниже. Со стороны это выглядело нелепо — можно было бы подумать, что я развесил сушиться мокрые тряпки на ржавых прутьях.
— Гвардия, — громко произнёс я, не отрываясь от работы. — Готовимся к бою. Позиции занимаем по периметру пустыря. Петрович, «Егерь» отгони к дальнему краю. Клин, Цицерон, Лапа, распределитесь треугольником с дистанцией тридцать метров. Игоша, ты с Петровичем. Подробности дам позже.
— Есть, — отозвались бойцы.
Все взялись за дело, кроме Миры, которую я умышленно не выделил. Мирослава подошла ко мне, наблюдая за моими манипуляциями.
— Объясни, — произнесла она.
Я хмуро покосился на нее. Не люблю, когда от меня что-то требуют.
Пару секунд девушка смотрела на меня таким же взглядом, но потом тяжело вздохнула и виновато кивнула:
— Объясни, пожалуйста, если не трудно, — попросила она.
Я закрепил последний фрагмент и выпрямился.
— Ты знаешь, что монстры Срезов не появляются случайно, — глядя ей в глаза, спокойно начал я. — Одни виды связаны с другими. В мое время мы называли это пищевыми цепями Скверны. Иглоходы зарываются в грунт, жрут минералы, насыщаются, отращивают шипы. Затем выпрыгивают на поверхность, поедая более крупных особей, включая людей. Так и живут спокойно три недели. Ну а спустя двадцать один день после их появления приходят те, кто жрёт уже самих иглоходов.
— Двадцать один день, — повторила Мира. — Ты поэтому спрашивал у майора точную дату прошлого Среза?
— Верно. Коновалов подтвердил, что иглоходы появились три недели назад.
— А это приманка? — с подозрением покосившись на арматуры с развешанными органами, предложила Мира, — для тех, кто питается иглоходами?
— Верно, — одобрительно улыбнулся я.
Мира чуть прищурилась и серьезным тоном спросила:
— Откуда ты знаешь, что они почуют?
— Потому что запах будет не просто биологический, — ответил я. — Внутри этого куска я оставил Скверну, а точнее законсервировал её ветровым шаром, чтобы она не расползалась. Когда я уберу шар, Скверна начнёт расходиться. Плюс энергетический след от битвы на заводе ещё не развеялся. Всё вместе это сработает как маяк.
Мирослава задумчиво посмотрела на пакет.
— Что это за монстры? — деловито спросила она.
— Плетевики, — произнёс я название, которое использовали в эпоху Предтеч. — Правда, официально у них может быть иное название. Для простоты можешь считать их большими змеями или червями. Плетевики покрыты подвижными отростками, которыми они ощупывают пространство и хватают добычу.
— Как… слепни?
— Верно. Только у слепней один такой отросток вместо головы, а здесь — все тело. Могут двигаться и по земле, и под ней. Когда находят гнездо иглоходов, забираются в тоннели и выжирают их подчистую.
— И тебе нужны именно эти плетевики? — спросила Мира.
— Их отростки содержат нервные узлы с уникальной проводимостью, — кивнул я. — Так что они мне не просто нужны, а очень нужны.
«Первый, ты опять собрался возиться с этими червяками?» — донёсся полный омерзения мыслеголос.
«Плетевики, Рух, — попытался я успокоить пернатого. — Не червяки».
«Червяки и есть червяки! Мерзкие, скользкие и воняют падалью. И горят плохо. Помню, как Третья пыталась одного поджечь, а он просто обуглился снаружи и полз дальше, распространяя вонь на всю округу».
«То был огромный переросток. И жечь нужно точечно».
«Я и без тебя знаю, куда жечь, Первый. Не первую тысячу лет летаю».
Я усмехнулся и вернулся к делу. Воткнул третий кусок арматуры, образовав треугольник, и начал обматывать его энергетической нитью, создавая простейший контур удержания. Когда плетевики явятся, контур не даст им сразу уйти обратно в землю. Он задержит лишь секунд на десять, но в бою и десять секунд — это целая вечность.
— Мира, — окликнул я девушку. — Твоя позиция рядом со мной. Если они полезут из-под земли, твое давление на грунт очень поможет.
— Поняла, — спокойно ответила Мира, коснувшись рукояти ножа.
Она вообще не сомневалась в моих словах, и это несказанно радовало.
Но вот я на самом деле не был до конца уверен, что всё получится. В эпоху Предтеч подобные ловушки работали безотказно. Я знал принцип, знал пропорции, ну и повадки плетевиков, конечно же. Но в таком виде ритуал не практиковал ни разу. Да и с тех времён минули тысячи лет…