— Понял! — бодро ответил он. — Буду проверять.
Я хлопнул его по плечу и пошел обратно в дом.
Глядень пещерный, значит…
Надо же, переименовали.
Впрочем, как он теперь зовется, вообще не важно. Главное — что тварь не вымерла, и мы сможем ее найти. Иначе придется идти по совсем уж долгому, тернистому пути.
Близилось время выезда на приём Ольховской. Двое гвардейцев заканчивали мойку чёрного внедорожника: один протирал капот, другой наводил блеск на колёсные диски.
А я переоделся в новый костюм-тройку. Мимо по двору прошагал Петрович. Окинув меня с ног до головы оценивающим взглядом, он одобрительно кивнул и загудел:
— Ого! Совсем другое дело, Антон Игоревич!
— Спасибо, старый, — хмыкнул я.
Петрович прищурился, разглядывая меня чуть внимательнее, и таки добавил:
— Вам бы ещё волосы уложить. Нынче, говорят, укладка мужская в моде. Вон сын Михалыча рассказывал, когда в Москву в отпуск ездил — дворяне все причёсанные ходят, волосок к волоску. Ну, вы и сами не раз видели, наверное.
— Укладка, значит, — задумчиво протянул я.
А затем провёл ладонью над головой, и тонкий поток воздуха прошёлся по волосам. Несколько коротких импульсов уложили волосы на одну сторону, чуть приподняв надо лбом.
— Так нечестно! — усмехнувшись, выпалил Петрович. — Я вон вчера полчаса с лаком воевал!
Откашлявшись, он зашагал дальше по своим делам.
Гвардейцы подогнали вторую машину сопровождения — тоже уже вымытую и сверкающую. Хороший вариант, но…
Я снова перевел взгляд на основную машину, очень сильно похожую на ту, в которой поедут сопровождающие. Что не говори, а для светского выезда главы аристократического рода, вариант весьма и весьма условный. Для таких мероприятий нужен представительский автомобиль. Чтобы перстень на моей руке и машина под нами говорили на одном языке.
Но сегодня поедем на том, что есть.
— Свят, — я нашёл главу гвардии у казармы. — Ты остаёшься.
Святогор медленно повернулся ко мне.
— Первый, — произнёс он своим привычным недовольным тоном. — Моя задача обеспечивать охрану. Вас, Северских. Ты и Мирослава Сергеевна едете к баронессе, и я должен быть рядом.
— А кто будет рядом с Чёртовой Лапой? — спросил я. — У нас, возможно, завёлся крот, сосед подбрасывает мины на дороге. Семья Петровича только приехала. Идут активные работы на теплице.
— Клин справится, и… — начал было Свят, но я покачал головой.
— Клин хороший заместитель. Но после всего, что случилось за последние дни, Чёртовой Лапе нужен не заместитель, а глава гвардии. Ты — Свят.
Он молчал секунд пять, потом скрипнул зубами и коротко кивнул.
— Тогда бери Лапу, Клина и Цицерона, — потребовал он. — И Муромца. И…
— Договорились, — кивнул я. — Одной машины сопровождения нам хватит.
Мы обсудили еще некоторые детали и недовольный Святогор ринулся раздавать приказы. Мне почему-то стало даже жалко Клина и компанию, к которым он сразу же направился.
Сорвав травинку, я уселся на лавку в теньке и расслабился, ожидая свою спутницу.
Мира появилась на крыльце минут за десять до выезда.
На солнце её изумрудное платье с высоким воротом и открытой спиной смотрелось ещё лучше, чем в примерочной. На шее сияло новенькое колье с изумрудами.
Волосы Мирославы были собраны в высокую причёску, открывающую шею и линию плеч. Из разговоров на кухне я слышал, что с причёской помогла Людмила — когда-то у неё был опыт в этих делах. А с косметикой помогала Ира — девушка из первого потока беженцев, которая тоже раньше работала в салоне красоты. Получилось отлично — лёгкий макияж Мирославы подчёркивал скулы и делал глаза ещё более выразительнее.
— Красиво, — сказал я, когда она подошла ближе.
Мира секунду сдерживала улыбку, но потом всё же уступила ей.
— Спасибо, — тепло ответила она и лукаво добавила: — Ты тоже ничего.
Я открыл перед ней заднюю дверцу. Она, поправив подол, грациозно села, я обошел машину сзади и устроился рядом — мне дверь подержал Цицерон, который поспешил занять пассажирское место.
Лапа уже сидел за рулём.
Вторая машина с Муромцем и гвардейцами — наш головной внедорожник — уже ждала у ворот. Клин сел за руль, проверил зеркала и тронулся с места.
— Волнуешься? — спросил я Миру, когда машина выехала на проезжую часть.
— Нет, — ответила она, немного помолчала и всё-таки призналась: — Немного.
— Не волнуйся, Залесского там точно не будет, — усмехнулся я. — Зато как минимум будет один воспитанный мальчик с собственной саламандрой.
— И жрачка, — вмешался Лапа, выкручивая руль на повороте. — Нас ведь, как сопровождающих, угостят? Я специально не обедал, место в животе отложил.