Ещё есть во-вторых… Не нравится мне Краснов. Смотрю на него — и будто бы сама Структура шепчет, что передо мной не друг и даже не нейтральная фигура.
Враг?
Пока не знаю, но неприятель — точно. Его слова и поступки и так говорят сами за себя.
А своим неприятелям полезно при любой удобной возможности испортить планы.
Ну а в-третьих…
Взгляд мой сам собой ушёл в сторону ворот, где недавно стоял новенький «Руссо-Балт», который сейчас, должно быть, отогнали на парковку.
Пару часов назад я в очередной раз думал о представительском автомобиле для рода… Судьба, по своему обыкновению, подслушивала. Или Структура.
— Дуэль! — прорычал Рогачёв, вот-вот готовый броситься на меня прямо сейчас.
Только в этот момент он смотрел на Краснова, выискивая в его физиономии разрешения.
— Принимаю, — ровным тоном ответил я. — Раз уж вы меня вызвали, то и мне выбирать условия. В таком случае ставьте на кон свою новую машину.
Рогачёв состроил недоумённую гримасу, пытаясь найти подвох в моих словах.
— Что?.. — прошипел он.
— «Руссо-Балт», на котором вы сегодня прибыли. Вы так тепло о нём рассказывали, что я почти влюбился в эту машину не глядя.
— Заклад на дуэли чести… — вмешался Краснов, негромко фыркнув и покачав головой. — Как это мелочно, Северский. Позорное условие. Дворянин выходит на поединок за честь, а не за имущество.
— Виктор Валерьевич! — позвал я Браунштейна, который, впрочем, и так наблюдал эту картину, стоя неподалёку. — Я имею на это право?
— Имеете, — кивнул он. — Уложение заклад допускает, если…
— Что ж, — демонстративно оборвал его Краснов и снисходительно улыбнулся. — Раз уж вы решили считать деньги у барьера, заклад должен быть обоюдным. И равноценным. Скажем, у рода Северских наверняка имеются какие-нибудь военные машины. Четыре единицы, полагаю, будет соразмерно стоимости новенького «Руссо-Балт».
Я чуть склонил голову набок, не сводя с него взгляда. Как интересно получается, а! Слова виконта прозвучали так, будто он действительно знает о нашей технике, а не разбрасывается предположениями.
Руна Ощущения сейчас плотно сканировала виконта. Пульс его снова был ровный, дыхание спокойное — выходило, что Краснов не бросался словами наугад.
— У вас отличные осведомители, ваше сиятельство, — заметил я.
— У меня острое зрение, — любезно отозвался Краснов.
— Четыре броневика против одного «Руссо-Балта», — пожал я плечами. — Щедро с моей стороны. Но сегодня праздник, так что пойдёт.
Рогачёв бросил на виконта короткий взгляд, Краснов едва заметно опустил веки.
— Идёт! — сразу же рявкнул полковник и сплюнул себе под ноги. — Забирай хоть всю мелочь, что завалялась под ковриками! Но тебе, паршивцу, она уже не понадобится!
— Господа! — прозвенел голос Ольги Аркадьевны. — Прошу вас, одумайтесь! Здесь праздник, здесь ребёнок…
— И потому мы не станем омрачать вашу бедную лужайку, баронесса, — твёрдо сказал Краснов, повернувшись к ней раньше меня. — Дуэль чести, согласно Уложению, может остановить лишь примирение сторон. В пятнадцати минутах отсюда, в Чурилково за старым карьером, есть пустырь. И позвольте предложить свои услуги распорядителя: боюсь, я единственный здесь, кто помнит Уложение о поединках наизусть.
После его слов недовольно насупился Браунштейн. Я поймал его взгляд, и юрист хмуро кивнул. Что ж, он явно собрался ехать с нами, а раз так, нарушения закона со стороны виконта ждать не следует.
— Не возражаю, — сказал я, снова повернувшись к Краснову. — Люблю, когда протокол ведёт противная сторона.
Улыбка виконта стала чуть тоньше. А Рогачёв, демонстративно поправив мундир и оттолкнув проходившего мимо слугу с подносом, зашагал в сторону ворот.
В миг поднялась суета. Одни гости вызывали водителей, кто-то уже кому-то звонил, взахлёб пересказывая случившееся. И судя по скорости, с которой все засобирались, пропустить представление были готовы немногие.
Немногие, но не все… Первым отбыл Сомов с супругой, ссылаясь на личные дела, и я с лёгкой досадой отметил, что разговор о теплицах снова откладывается. Ещё несколько гостей предпочли остаться здесь, ожидая возвращения баронессы и всех остальных с новостями. Сама Ольховская как орлица подлетела ко мне и взволнованно схватила за рукав.