Друг как раз ныряет в воду и начинает резво плыть. Гришин врубает секундомер. Орёт, подбадривая Омарова:
– Давай! Поднажми! Ну! Ну же!
Завершая стометровку, Яр касается ладонями стенки бассейна
– У тебя пока лучшее время, – сообщает ему Гришин. И внезапно переводит взгляд на меня: – О, Бесов! Хорошо, что всё-таки решил почтить нас своим вниманием. Ты – следующий.
– Не вопрос.
Скидываю сланцы, надеваю очки, натягиваю шапочку. Подхожу к борту.
– Пошёл! – бросает Гришин.
И я прыгаю в воду. Не шибко тороплюсь. Уверен, что могу показать хорошее время, но тогда Гришин возьмётся за меня по-полной. А разрываться между баскетболом и плаванием я не собираюсь. Это вообще разные вещи.
В баскетболе я профи. А плаваю я просто неплохо.
Касаюсь ладонью борта.
– Ты можешь лучше! – рявкает Гришин. – Передохни, ещё раз попробуем.
Про моё опоздание и наказание за это – ни слова. Меня как-то не устраивает такой расклад.
Убираюсь с дорожки и плыву к другой стороне бассейна. Подтянувшись, сажусь на бортик, свесив ноги. Рядом пристраивается Рус.
– Ты хотя бы предупреждай, если тебя надо прикрыть на паре. Ты же сказал, что догонишь.
– Немного задержался. А ты меня прикрыл, что ли? – невольно возмущаюсь я.
– Да Гришин опять свою проповедь начал о неуважении к его предмету, – закатывает глаза Рус. – Вот прям слушать тошно было. Ясень хрен – он о тебе вещал. Я сказал ему, что тебя к ректору вызвали. Это всегда прокатывает.
Бля...
Наказания не будет, что ли?
Да пиздец! Спасибо, Руся!..
– Ты чё такой набыченный? – хлопает меня по плечу.
– Ничё.
Прыгаю в воду, гребу к последней дорожке и вновь плыву на время, стараясь чуть больше, чем в первый раз. Бью рекорд Ярика.
– Во-от! Можешь же! – ликует тренер.
– Да мне просто разогреться нужно. Ещё полчасика в бассейне – и я ещё лучше проплыву.
– Какая пара у тебя следующая? – загораются глаза Гришина.
– Никакая. У меня всё, – безбожно вру я.
– Тогда разогревайся, сколько влезет.
Повернувшись к остальным, тренер громко объявляет:
– Четвёртый курс – свободны!
Все начинают вылезать из бассейна. Сталкиваюсь взглядом с Ярославом. Он смотрит на меня мрачно. Так, словно мысли мои уже прочитал. Подплывает ко мне.
– В смысле – «всё»? У нас социология следующая.
– Я просто не в настроении на неё идти. Ты же знаешь, моя жизнь связана со спортом. Я лучше тут ништяки половлю, чем сидеть и слушать эту муть.
– И какие же ништяки? – сверлит меня глазами.
– Например, комфортная водичка...
– Ага! И первачки! – выкрикивает Рус, брызгая на меня водой. – Первокурсницы в этом году угодили тебе, Бесёнок, да?
Обстреливаю его тоже.
Угодили, угодили... Особенно одна.
– Да чё ты до него докопался? Пусть остаётся, – втирает Ярику Новожилов.
К несчастью, мои друзья не успевают свалить до прихода перваков и буквально сталкиваются в дверях с Никой. Яр провожает её взглядом, а потом снова сверлит глазами меня.
Я пытаюсь смотреть куда угодно, но только не на эту Рапунцель, которая в данный момент пытается собрать свои волшебные волосы под шапочку. У неё это плохо получается, и она явно психует. Шлёпает шапочкой по скамье и топает ножкой, как маленькая девочка. Надувая щёки, нервно сдувает прядку со лба и начинает всё заново.
Я всё-таки смотрю на неё. А Яр – на меня. Потом у нас, конечно, случится серьёзный разговор о том, что я ему обещал не подходить к Арташевой.
Но я же и не подхожу. Смотреть-то не возбраняется!
Наконец мои друзья уходят, а первый курс рассредоточивается по дорожкам. Я занимаю последнюю.
– У тебя полчаса, Ян. Потом ещё раз попробуем на время, – говорит мне Гришин и тут же выкрикивает в сторону: – А что у нас тут происходит? Была команда «посидеть на лавке»?
Это он на Арташеву орёт. Она так и не натянула свою шапочку. Сидит на лавочке и крутит её на пальце.
– Мои волосы не дают её надеть, – говорит девушка совершенно серьёзным тоном, не обращая внимания на то, что часть девчонок откровенно ржёт над ней. – Они очень густые. Возможно, мне понадобится другая шапочка.
– Или просто придётся подстричься! – недовольно говорит Гришин. – Поставлю прогул, можешь идти.
– Куда? – деловито выгибает бровь Ника, поднимаясь со скамьи.
Фигурка у неё, конечно, зачётная, спортивная. Слитный купальник сидит идеально.
– Стричься, – с усмешкой отвечает Гришин.
– Но я не собираюсь стричься! – восклицает Ника.
– Фамилия? – требовательно щёлкает пальцами тренер.