— Но почему…
— Почему что? Нимуш, вот ты сейчас смотришь на свою девушку, которая так тебе дорога и не понимаешь, что она же совсем не изменилась. Она все та же, что была пятнадцать минут назад. И испытывает к тебе все те же чувства. Только правды между вами стало чуть больше. Осталось понять, как ты ей на это ответишь.
— Но почему ты мне раньше не сказала?
Барбара молчала. Джессика некоторое время смотрела на них, потом сказала:
— Ну, мне кажется, вам двоим будет, что обсудить. Вы мне лучше скажите, почему в ваших личных делах даже намека нет на то, что вы все роуг? Эта информация должна быть в любом случае, даже если вы сверхсекретные шпионы.
— Спроси что полегче… — сказал Туев. — Кстати, а почему это она должна присутствовать? Что-то нашего типа клейма или что?
— Знаешь, услышь я сейчас это от кого-нибудь другого, я бы ему морду в кровавое месиво превратила… Какое на хрен клеймо? Что вы несете? Клеймо в медицинских целях не ставят. А информация эта должна в первую очередь быть предоставлена именно медикам, в случае чего. Вот вы почти всю свою жизнь принимаете кальтмуген. А вы хоть знаете почему? Вам сказал кто-то?
— Да, — ответил Пауль. — Потому что нам по наследству передается какая-то форма бешенства. И если мы это лекарство принимать не будем, то оно возобладает над нами.
Джессика прыснула. Некоторое время она пыталась подавить попытки засмеяться. Все с интересом и удивлением смотрели на нее. Наконец, она выдавила из себя:
— Кто вам это сказал?
— Я не помню, — признался Пауль. — Но только помню, что говорили. Как и все в этой комнате.
— Подожди, — Барбара оторвала взгляд от Нимуша и повернулась к Джессике, — ты хочешь сказать, что это неправда? Но в нашей группе был прицидент нападения на человека после долгого неупотребления кальтмугена.
— Да, ладно? — спросила Джессика. — А ну-ка поподробнее.
— И даже не один. Первый раз это был Демиен, — Барбара кивнула в сторону Сагалова. Выражение его лица стало напряженным. — Было это чуть больше года назад. Кажется, мы тогда с пикника возвращались. Обратили мы тогда внимание на то, что он как-то странно себя ведет. Но списали на то, что выпил чего-то, хотя никто не видел, чтобы он тогда употреблял вообще. Ну и шли себе дальше, боковым зрением посматривая, чтобы к людям не приставал. И тут резко он стал каким-то бешеным взгляд переменился и он кинулся куда-то в сторону. Мы сначала думали, что отлить пошел. А первым сообразившим, что что-то неладно, был Билл.
— Да ладно? — спросил я сиплым голосом. Я не ожидал этого.
— Не помнишь, разумеется, — сказала Джессика. — Я уже перестала этому удивляться.
— Билл, короче, внезапно свернул в ту сторону, куда убежал Демиен, — продолжила Барбара. — И не прошло минуты, как он позвал нас на помощь. Там где мы их нашли, они боролись. Вернее, Билл скрутил Демиена по рукам и ногам, прижал к земле и старался удержать. Рядом с ними лежала девушка…
— Девушка, — загадочно улыбнулась Джессика. — Другого и быть не могло. Ну-ну, продолжай.
— На ней была порвана одежда…
— Не было этого! — воскликнул Демиен. — Не было! Ты придумываешь все! Зачем ты это придумываешь?! Я не помню такого!