— Зачем? — удивился Туев.
— Затем, чтобы больше не было этой оплошности с личными делами. Вы — роуг, и соответствующая пометка должна быть в ваших документах. А еще я внесу вас в списки постоянно нуждающихся в кальтмугене. И тогда больше не надо будет его, как сегодня, впопыхах доставать.
— А разве тогда Телепатопия не сможет узнать, где мы находимся?
— Ой, я тебя умоляю! Даже среди людей, которые работают настолько засекречено, что их просто не существует для всего мира, есть зеленокожие. И есть соответствующие сверхсекретные списки на поставку им кальтмугена. И впредь я вас попрошу об одной вещи: не надо меня держать за полную дурочку, хорошо?
Все неуверенно закивали. Хотя вряд ли кто-то понял, насчет чего именно был вопрос про дурочку. То ли насчет того, чтобы утаивать от нее секреты, подобные тому, что сегодня открылся, то ли насчет того, что она может так просто засветить наши имена перед Телепатопией, то ли вообще насчет всего, но закивали потому, что Джессика последнюю фразу сказала таким тоном…
— Вот и ладненько. А теперь я попрошу вас разойтись по своим…делам. Билл, ты останься.
Присутствующие, кроме Джессики, Нимуша и меня, вновь стали менять свою внешность, приводя ее к… более привычной. Постепенно все вышли в коридор. Последними остались Нимуш с Барбарой. Они обнимались и целовались. Все, напряжение между ними развеялось окончательно. Ну что ж, я, честно говоря, был только рад. Джессика щелкнула пальцами у них перед лицами и сказала:
— Я вам обоим сейчас по три наряда вне очереди вкачу, если вы не продолжите свою содержательную беседу, хотя бы за дверью.
Они оба заулыбались и направились к выходу. Впрочем, далеко никто не ушел. За дверью поднялся гомон, кажется, они делили кальтмуген. Ничего не могут сделать организовано и тихо.
Джессика прикрыла дверь и облегченно вздохнула.
— Я думала, что будет сложнее. Все это… довольно неожиданно. Интересно, если они не состояли на учете, как роуг, то каким образом они все это время добывали лекарство? Надо будет попозже поинтересоваться. Видишь, Билл, вы просто бездонная яма сюрпризов, даже для самих себя.
— Ты что-то хотела? — спросил я. Хотя зачем, она все равно сказала бы.