Золотые ворота стяжали Владимиру не меньшую славу, чем Успенский собор. Строили их, также из белого камня, русские умельцы. Вышла постройка стройной и величавой. Пригодился иноземный опыт. Стали они не только новым лицом города, но и укрепленной крепостью. В недрах ее имелось все необходимое для обороны. Украшены ворота были изрядно, наподобие храма – богатым узорочьем. Венчала строение надвратная церковь Ризоположения. Хранившаяся там частица ризы Богородицы знаменовала Ее Небесный Покров над городом и осеняла входящих благословением свыше. Дивное чудо представляли массивные дубовые створы, обитые листами аравийской меди. На них, огневым золочением, искусно были изображены различные сцены из Священного Писания. Невиданной высоты проездная арка символически указывала, что предназначены ворота не только для земных людей, но и для воинства небесного, шествующего на воздусех. Ни один город на Руси не мог похвалиться лучшими Золотыми воротами. Казалось, ведут они прямо в рай.
Помимо драгоценных жемчужин, Боголюбский украсил город целым ожерельем новых храмов и монастырей. Неподалеку от Золотых ворот, над высоким берегом Клязьмы, выстроил он себе княжий двор, с белокаменной церковью Спаса. Довершил постройку и стенную роспись начатого еще Юрием Долгоруким храма святого мученика Георгия Победоносца. Возле речной пристани, где причаливали галеи, торговые суда, и шумел городской торг, воздвиг церковь в честь святителя Николая-чудотворца – покровителя всех плавающих и путешествующих.
Не были забыты и пригороды новой столицы. За стенами города, на юго-западной окраине, поставил князь Вознесенский монастырь. На северо-западе, возле речушки Лыбедь – обитель святых Косьмы и Дамиана. С восточной стороны, на холме средь обширного луга у села Красное, основал монастырь во имя мученика Феодора Стратилата. (В день памяти этого святого Боголюбский чудом избежал гибели в междоусобной битве под Луцком). От древней обители давно не осталось и следа; память ее хранит лишь название луга – Федоровский.
За первый десяток лет своего княжения Андрей Юрьевич воздвиг во Владимире больше каменных построек, нежели его отец за три десятилетия. Долгорукий ставил крепости и храмы в отдаленных городах княжества. Его великий сын, напротив, стремился украсить ими новую столицу. Сделать ее центром политической власти и духовного просвещения, заложить твердое основание будущего единого Русского царства.
Есть версия, будто в основе созидательной деятельности Боголюбского лежали скрытые апокалипсические мотивы. Как известно, ожидание скорого конца мира и Страшного суда было широкого распространено с первых веков христианства, преимущественно в Средневековой Европе. Но отголоски этих тревожных ожиданий не миновали и Древней Руси.
Символично, что закладка в стольном Владимире царственного Успенского собора приходится на 1158 год от Р. Х. – лето 6666-е от сотворения мира. Таким образом, и новое христианское царство, и его будущий центр (Владимир – владеющий миром), призваны были служить земным ковчегом спасения для верных христиан. А сам князь представал в образе мессии: продолжателя традиций пророка и царя Давида, чей образ был особенно ему близок. Отсюда – сакральное значение Золотых ворот, и царственный лев на гербе Владимира – библейский символ царской власти.
Великий созидатель и ценитель прекрасного, Боголюбский мечтал божественной красотою своих творений духовно преобразить и возвысить русских людей, смягчить нравы и облагородить души. Ведь подлинная красота – это чудесный дар Божий, земное отражение небесного рая.
БЕЛОКАМЕННОЕ ЧУДО
Созидая новую столицу, князь не мог обойти стороною любезный ему городок Боголюбов, место явления Божьей Матери. Свой загородный двор Андрей Юрьевич украшал с особенной щедростью, не жалея казны. Как повествует летописец: «…создал же бяшет собе город камен, именем Боголюбый».
Новый город состоял из двух частей – детинца и посада. Княжий двор, детинец, окружали белокаменные стены с башнями; посад был деревянным. С севера укрепления дополняли высокие насыпные валы и глубокие рвы, заполненные водою. С юга подступала к подножию крепости река Клязьма. На берегу ее устроена была пристань для речных кораблей. Будто грозный страж, восстал Боголюбов на оживленном речном пути. Загородил Волжский торговый путь и старую Ростовскую дорогу. Ни корабли торговых гостей, ни конные или пешие странники не могли обойти его стороною без дозволения князя.